А любить никто не хотел

Всю дорогу до места назначения она снова перечитывала мудрость Пророка. Контролёр потребовал, чтобы хоть чем-то занять её голову. Между тем, ей читать было вовсе не сложно. Все суры она знала наизусть, – сама когда-то с неподдельным интересом прочла Священную книгу. Как можно не знать того, перед чем любимый муж преклоняется, становится кроток и послушен. Спокоен.

Однако она ни в первый, раз много лет назад, ни в последний, под строгим взглядом контролёра, она не нашла в Коране ни строчки о том, к чему призывали убийцы, беспрекословно, подобно ей, слушавшиеся лишь её мужа.

Не нашла, но промолчала. И ни мужу тогда, ни контролёру много позже ничего об этом не сказала. Перечить им – самоубийство.

Да, однажды Коран стал чуть ли не любимой её книгой, но теперь она видеть его не могла. Знала, всё написано правильно, только читают его все мусульмане по-своему и выворачивают сказанное Пророком, кому как удобно. Даже оправдывают мудрыми словами беспощадные убийства невинных. И никто в целом свете не может этому помешать.

Даже сам Пророк. Так зачем же тогда Коран нужен? Для чего его читать? И, вероятнее всего, также обстоят дела и с Библией – книгой, которую она никогда не держала в руках, но откуда-то знала её истории, и никак не могла понять, откуда же.

После акции в Беслане попасть в место назначения да к тому же в далёкой – предалёкой Сибири через всю Россию и даже хоть через короткий её кусочек в Ставрополье, стало совершенно невозможным – со слов контролёра, даже постоянные мздоимцы гаишники, и те перестали брать взятки, а устраивали всем машинам с Кавказа доскональный шмон.

И потому добираться пришлось окольными путями через Грузию, Азербайджан, затем по безразличному ко всему происходящему на Земле Каспию. Всё их изнурительное, с долгими простоями в томительном ожидании, путешествие заняло больше двух месяцев. Но как только, через Туркмению и Казахстан, наконец-то прибыли в Новосибирск, где их уже ждала какая-то конура в двухэтажном, наполовину расселённом, деревянном бараке с клопами, они незамедлительно стали готовиться к возмездию.

Ужас должен был случиться, самое большое, через неделю, да и то опасно – узнать про них, что они уже в городе, и зачем, спецслужбы могли в любой момент. И, тогда всё. Ей уж точно погибать, но она этого не хотела. Чего хотела, и сама ещё не решила. Однако всё отчётливее понимала, пока дышит, есть шанс. Малюсенький на то, чтобы и ей дальше жить по-человечески. А, может, и любить снова.