Я хочу жить! Даже в последний день стоит начать…

Хозяйка кабинета полдня ходила, наблюдая, как продвигаются дела. Через пару-тройку дней вызывает директор:

– Мне тут сказали, Тамара Геннадьевна, что Вы начальства не слушаетесь. Работать отказались…

Вот это его обращение на «Вы» ничего хорошего не сулило. Объяснила. Рассказала. На пальцах показала.

– Работа сделана? Посмотрите: всё покрашено. Задание выполнено в срок? Я Вас перед комиссией подвела? Нет. Я всё сделала, как и всегда. А Вы сами стали бы в дождь у себя дома, скажем, забор красить?

– Но мне вот докладную принесли о Вашем отказе от работы… – настаивал директор.

– Покажите. Кто её написал?

Вот, почему-то, он не стал показывать мне эту бумагу, но пригласил моих двух непосредственных начальниц тоже зайти в кабинет.

– Тома, но ведь ты не выполнила моего задания! Ты повозмущалась и ушла. Ты в эти дни не работала.

– Интересно, а кто же тогда всё покрасил? И Вы же сами видели, чем я занималась, когда шёл дождь! – в этот момент я посмотрела на вторую даму.

Она молчала и не смотрела мне в глаза.

А Светочка всё распалялась:

– У тебя вот и два прогула имеются!

– Я предупреждала, что была вызвана на консультацию в Краевую больницу. Вы за месяц до события об этом знали! И потом, – тут я перевела взгляд на директора, – Вы же сами мне отгулов неделю обещали, когда с больничного вызывали на работу?

Разговор закончился ничем. Директор потребовал от меня объяснительную. В ответ я попросила показать мне докладную и поняла, что никакой докладной нет.

Это было чисто психологическое давление. От меня хотели избавиться. Я не перестала бы уважать своё начальство, если бы оно прямо и честно сказало бы, что «ты, девочка, своё отработала, ты нам больше не нужна, пиши „по собственному“ и иди домой»… Но пытаться меня вот так, обвинять в придуманных нарушениях, это был перебор!

Выйдя из кабинета директора, я направилась на проходную. Мой рабочий день был закончен. За мной семенила Светочка и уговаривала, по-хорошему, написать объяснительную.

– Я на себя писать ничего не буду! Объяснительная пишется на докладную, а её нет. Как у тебя, Света, совести на это всё хватает? И есть ли она у тебя?

Она всё бежала за мной и что-то щебетала. Я её уже не слышала. Сердце стучало так, что готово было вырваться из груди. Я старалась успокоиться и ровно медленно дышать, подавляя слёзы, готовые вот-вот брызнуть из глаз.