Взгляд со стороны

Да уж, негодованию и возмущению мамы не было предела. А я, видимо, тогда и не придал значения, а может просто позабыл, что именно мне возбранялось и её инструкции, что нельзя использовать, и наглым образом расточительно растрачивать прямо всю, выданную мне, большую сумму денег. Я же помню, как в магазине у меня был какой-то отголосок сомнений, предупреждающий звоночек в голове, что это, наверно, как-то дорого. Ну, надо же было ещё тогда подумать и сообразить! Но всё равно, конечно, забавно получилось, так как в итоге инцидента не осталось ни денег, ни товара, ни творческого шедевра.

Точно не помню, но, по-моему, затем пришлось довольствоваться самым простым и дешевым набором акварельных красок. Да и действительно, какая, по сути, разница, что я, художник, что ли какой…

…На моё счастье, создавшуюся накалённую обстановку разборок немного разрядил обычный телефонный звонок. Со своим собеседником, находящимся по другую сторону трубки, нормальный диалог необходимо вести с хорошим настроением, другим, уже более мягким голосом.

Визави не в курсе твоих проблем, ни в чём не виноват, поэтому добропорядочному абоненту с этой стороны трубки волей-неволей полагается, приходится брать себя в руки, успокаиваться, разговаривать вежливо, приветливо и мило.

Я потом ещё не раз в жизни был свидетелем таких катаклизмов и удивлялся этой чисто женской особенности, – умению вовремя среагировать, преобразиться, поменять интонацию, тембр голоса в зависимости от ситуации, обстановки и оппонента.

И ещё, мне тогда очень не нравилась такая неоднократно подмеченная особенность, что зачастую взрослым людям, общающимся по телефону, необходимо обязательно разговаривать о ребёнке, рассказывать про его жизненные обстоятельства, обсуждать его личные дела и события! Как будто у них, у взрослых, своих дел и интересов недостаточно…

– Не надо на меня обижаться, – пыталась затем мама как-то сгладить острые углы, возникшие в ходе нашего животрепещущего общения.

Она имела взрывной характер, но быстро и легко отходила. При этом любила меня горячо и нежно, наверное, жалела, но не могла порой справиться со своим жарким темпераментом и прямолинейностью. Ещё, к слову, она не могла смолчать или пройти мимо любой несправедливости по отношению ко всякому, даже незнакомому человеку.

– Мама обидит, мама и пожалеет, – говорила она обычно после каких-то наших с нею неприятных ситуаций.