По эту сторону мечты

Но, только время, что ни год,

Уходит безвозвратно,

И мы, как все, спешим вперед,

А хочется обратно.

РОССИЯ ПОДНИМАЕТСЯ

Россия поднимается с колен,

Спешите видеть это оживленье.

Крича от боли, словно в исступленье

С большим трудом, у выщербленных стен.

Лицо ее угрюмое в слезах.

Веревкой перетянутые туго

Сухие и израненные руки,

И кровь с землей залипла в волосах.

Но ей мешают те, кому не в масть

Ее людей расправленные плечи,

Широкий жест, и искренние речи

Простых людей, не рвущихся во власть.

Опять ее пытаются свалить,

Кому она застряла в горле костью.

«Послушайте, вы дело это бросьте,

Победы вам не стал бы я сулить.

По своему, конечно, как смогу,

Я буду защищать ее сегодня.

И не один такой я, может сотни,

В чем, вряд ли позавидуешь врагу.

Захваченная хитростями в плен,

Томимая доселе упырями

Воспрянет нынче Русь Богатырями,

И встанет с Божьей помощью с колен!

ВОЛЯ

Рано утром выйди в поле,

На рассвете – тишина.

Не хватало сердцу воли?

Наслаждайся, вот она!

Пей ее, лови руками,

Свежий ветер догоняй,

Синью неба с облаками

Промежутки восполняй.

Обнимай родную землю,

Травам лежа говори,

Или слушай, им же внемля,

Душу настежь растворив.

Позабудь про все на свете

Ради мига одного…

В поле чистом, на рассвете,

Где не видно никого.

Волю пей неосторожно,

Ветру с хохотом грозя,

И делись ей, сколько можно,

И когда уже нельзя.

РОСТКИ

Над развеянным прахом былого,

Там, где чаще всего сорняки,

Вопреки их давлению, снова

Благодатные всходят ростки.

Те, что солнцу с рожденья внимая

Норовят поскорее созреть,

Будто миру себя простирая,

Не боясь раньше срока сгореть.

Принимая в лицо неудачи,

Будто ветер, клонящий к земле.

То согнётся росток, то заплачет,

То падёт, подломившись к золе.

А кого-то задушат простые,

Позавидовав виду ростка

Не культурные, злые, пустые,

Сгубят начисто не сорняка.

Но и всё же, минуя напасти

Прорастут и окрепнут они

Уцелевшие в битве за счастье

Счастье наше, в грядущие дни.

СТАРЫЕ ДОМА

Я, сто лет уже здесь не был,

Стало все, совсем другим.

Нет, таким, осталось небо,

Прежним, бело-голубым.

Удивительно высоким,

С европейским не сравнить,

Может быть, еще дороги,

По каким любил ходить.

Правда нет уже рябины,

Что росла перед крыльцом,

И акации с малиной,

Что сажали мать с отцом.