Касаться и лететь

Вероятно, я всегда ела больше, чем моя Марина, с которой мы складывали деньги на питание и продукты пополам уже второй год совместной жизни в комнате. В тот день она улетала к родственникам на каникулы и спросила, можно ли забрать с собой зеленый горошек к новогоднему столу. «Конечно», – сказала я и радостно расцеловалась с подругой на прощание. Вернувшись после зачета в десять вечера 31 декабря, я не обнаружила в комнате ни денег в общей кассе, ни чего-либо съедобного. Беременные реагируют на происходящее совсем не так, как обычные люди.

На мой вой прибежали соседки. Вытерли мои слезы, усадили за стол и накормили курицей в праздничном костюме из яблок. А первого января они помогли мне перенести вещи в соседнюю комнату. Марина ушла в прошлое.

Март, 1985

В комнате нас было трое: Надя, Зоя и я. Жили дружно и весело. Надя, натуральная блондинка с фарфоровой кожей, интеллигентная, с безупречной выдержкой и бабушкой, живущей в Пушкине. Поздний вечер. Мы сидим за столом уже давно. Вдруг Надя подпрыгивает.

– У меня «Красная Стрела» к Сереженьке через два часа, а я еще не похудела. Срочно сажусь на диету.

– Похудеешь в поезде.

Вдруг выясняется, что Наде ехать на свидание в Москву в январе месяце нужно исключительно в болоньевом плаще. Потому что он новый, из «Березки» и безупречно сидит. Он еще и черный, а черное стройнит и делает более загадочной. Руководствуясь остатками здравого смысла, наши руки натягивают на Надю теплый свитер под непродуваемый плащ. Счастливая, она улетает на «Красной стреле» туда, где царит вечная весна, а мы провожаем ее любящими глазами.

Проводив Надю в Москву, мы с Зоей на следующий день узнаем, что первого февраля ты (ТЫ!) приезжаешь в Москву на сессию в Щукинское училище. Вопроса: «Ехать – не ехать?» – просто не стоит. Заботливая Зоя не отпускает одну свою беременную подружку, и мы едем вместе. Решаем вопрос о том, как правильно выглядеть на шестом месяце беременности. Я не должна ничем отличаться от той, которую ты видел десять месяцев назад.

Придирчивые глаза Зои цепко выбирают джинсы из снесенных студентками со всего этажа. Единственно правильными оказываются джинсы-бананы, которые вместе с высокими ботинками на липучках дают нужный эффект. Сверху длинный и толстый свитер убивает последние сомнения – фигура та же. Голубая куртка в тон глаз открывает только ноги, а уж к ногам нет претензий и сегодня. Потом мы, как сумасшедшие, впрыгиваем в отходящий на Москву поезд. Мне трудно отдышаться, я сползаю на пол.