Титановый город

Игорь Витальевич тяжело вздохнул и сел в кресло. Пока не было никакой возможности вытащить дочку из-за стены. А полковник не сомневался, что Наташа попала именно в Титановый город через Арку Рождения.

– Если бы вы рассказали мне, что там, может, я могла бы помочь, – робко предложила Вера, но Матвеев лишь покачал головой.

– Город закрыт, Вера, – наконец нашёлся он что сказать, – входить туда категорически запрещено. Как я объясню им, что ищу дочь? Тогда мне придётся признать, что она нарушила строжайшее правило, а я не углядел за ней.

– А вдруг там её уже нашли?

– Нет, – уверенно произнёс он, – мы бы знали, если бы в городе что-то случилось. Не знаю как, но Наташе пока что удаётся оставаться незамеченной.

– А почему город закрыт? – осторожно спросила Вера. Она работала на заводе уже больше года, но до сих пор даже близко не подошла к разгадке той тайны, что окутывала «Космодом».

– Секретные инженерные разработки, – ответил Матвеев заученной фразой.

– И что, работники даже в отпуск не выезжают?

– Они подписали долгосрочный контракт, – усмехнулся он, – лучшие умы и лучшие зарплаты.

Именно благодаря им мы вот уже второе десятилетие впереди планеты всей.

– И как же нам вытащить Наташу?

– Я наведаюсь туда, у меня есть один план.

В Титановом городе

К моему великому облегчению, если не сказать удивлению, Тито и Дардин тоже мне поверили. Это очень обнадёживало – значит, даже такую искажённую картину мира несложно поменять. Тито заверил меня, что я могу выходить на улицу и вряд ли кому-то придёт в голову проверять мою личность.

Понимая, что это всё-таки риск, на пятый день моего пребывания в Титановом городе я вышла из дома на тёплое майское солнце и даже сходила с Гелиордом в столовую.

Он уговорил меня рассказать о реальном мире ещё трём ребятам, своим братьям: двум близнецам, чьи имена я не запомнила, и Ярону. Оказывается, имена тут давались мальчикам в алфавитном порядке. Братья Гелиорда попали в группу от «Ю» до «З».

Мы сидели на нагретых солнцем ступеньках столовой, нежась в ласковых майских лучах.

Я смотрела в небо, надеясь увидеть птицу или самолёт, но оно было прозрачно-голубым. Хотя Гелиорд признался, что и птиц, и непонятные длинные облака, рождающиеся из точки, они видят, как и мигающие звёзды в ночном небе. Но если самолёты они принимали за птиц, поднявшихся очень высоко и подающих пример народу Небес своим дивным полётом, то спутники и вовсе были для них братьями, достигнувшими Дома и шлющими им привет.