Самодур. Часть вторая

– Если ты завтра после работы будешь свободна, то можно завтра, – с искренней улыбкой на лице ответил таинственный ухажер. – Если хочешь, могу забрать с работы?

Открыв водительскую дверь своего автомобиля, я села внутрь и завела двигатель. Затем сделав вид, что раздумываю над предложением очередного кавалера, закрыла за собой дверь машины.

Разумеется, я хотела бы уже куда-нибудь выбраться и просто посидеть, да поговорить. А вот и шанс. Опустив дверное стекло, я сказала Ивану, что согласна. Мы не договорились, где именно проведем вечер, списав все на то, что разберемся завтра по обстоятельствам.

Когда все было решено, парень мило помахал мне рукой, пожелав спокойной ночи и ушел, а я закрыла окно и уехала домой. Спать.

Проснувшись утром, я быстро загрузила стиральную машинку, приготовила себе на завтрак яичницу с сыром и тушеной курочкой, а затем, быстро позавтракав, собралась на работу и выбежала из дома сломя голову, как всегда, опаздывая. Еще и вещи после стирки забыла достать и развесить.

За то, ровно в восемь утра я выехала на работу. Сегодня нужно было помочь провести три обыска, по кражам драгоценностей, которые Антон Дворкин похищал из ломбардов, угрожая самодельным огнестрельным оружием.

Жулик проходил по десяти эпизодам в свои двадцать лет. Местный самоуправец – Самодур, угомонил его пыл на одном из мест преступления, запустив ему стрелу в ногу. Если бы этого не произошло, воришка бы до сих пор продолжал грабить ломбарды, а может быть даже и кого-нибудь убил. Его адвокат – тот еще паразит.

Воротягин! В последнее время, я очень часто с ним сталкиваюсь. Практически для всех своих подзащитных, ему удалось вымолить у судьи свободу. Этого я и не понимаю. Человек совершил преступление, но его защита, умудряется найти лазейку в уголовном, уголовно-процессуальном кодексе и подарить свободу в виде подписки о невыезде. Иногда мне кажется, что эти документы ошибочно назвали кодексом, как по мне больше похоже на развлекательные журналы, при прочтении которых можно весело провести время.

Помимо моей неприязни к Дворкину и его адвокату, у меня была работа. Может быть, и бесполезная, но уголовное дело, в котором фигурирует Антон, нужно было передать сегодня в прокуратуру. Уж очень сильно в последнее время прокуратура стала интересоваться делами, где фигурирует Самодур. Да еще и назойливый защитник прав жуликов не дает всем нам спокойно работать.

Все три обыска прошли не совсем так, как предполагали я, мой куратор и начальник.