Чарующая магия ненависти

Тонька, окликнув их тихо раз, другой, быстро шла к большой, королевской кровати со множеством подушек и перин, тщательно поправляла их, распускала волосы и оборачивалась к своему новому избраннику.

Утром они вместе уходили рано, Антонина лишь успевала убрать кровать и прихватить из отутюженных ранее фартучек и новую наколку к волосам.

Невыспавшаяся Тонька вся светилась от радостного предвкушения предстоящих встреч со своими обожателями. Как ловко ей удавалось их всех дурачить и тихими незаметными знаками выказывать своё благорасположение очередному кавалеру.

Но и других ей не хотелось обижать. Как тонко и незаметно ей всё удавалось проделывать. Тонька гордилась собой. Она, простая девчонка, из голодной послевоенной деревни, спит на перинах, ест пироги и пьёт шампанское. Всё, о чём она мечтала, сбылось.

Где-то глубоко внутри души, её раздражали два её сына и муж, вечно занятый, вечно в командировках. Она злилась на себя, что «залетела» от этого недотёпы – праведника, и теперь ей нет той воли и свободы.

И только этой полной свободы ей не хватало для полного счастья.

Да и то, думала Антонина в оправдание себе, как бы я выбралась из деревенской грязи, нужды, голода и вечной работы?

Она всегда гордилась собой, своей красотой и своим умом. Ей ничего не стоило влезть в окно, а потом и в постель к соседскому постояльцу, командиру, расквартированной в их деревне на ученья пехотной части.

Её невинность, этот никчемный ей товар, она тогда ловко поменяла на городскую жизнь с начальником.

Но он не был летчиком, их мотало совсем не по городам, а по гарнизонам, ей негде было сделать аборты. Этого она на простила своему муженьку.

И, когда они осели в городе у моря, большом и красивом, где им, наконец-то, дали большую и светлую комнату в жилом доме, а не закуток в казарме, Антонина поняла, что это всё за её муки с этим подлецом-недотёпой, обесчестившим её, но ничего не сделавшим для претворения её мечты в жизнь.

Единственный фильм, который Антонина посмотрела в детстве, стал эталоном, пределом её желаний.

И вот, красивая комната, муж, наконец-то, не докучает. Антонина радовалась, что он почти безвылазно в отъезде, торчит на своих полигонах. Она быстро устроилась поближе к сытному и безбедному существованию, где не надо работать, а носить тяжелые тарелки под восхищенные взгляды, почти как в кино, это не работа-это начало осуществления её мечты.