За сладкое приходится горько платить

 – Сейчас да, это мелочевка, сейчас все обесценивается, а тогда на эту сумму можно было неплохо подняться. Но если бы он запросил больше, я бы все равно заплатил. – Посредник смотрел на Малыша, как смотрит скульптор на свое творение. – Я ведь, когда тебя случайно увидел с этим твоим номером, то сразу понял, что ты прирожденный исполнитель, что у тебя есть все, начиная от безобидной на первый взгляд внешности и заканчивая тем, чему научил тебя отец. Что для тебя не существует преград. Найти простого исполнителя, костолома легко.

Такие покупаются за копейки. А найти такого, как ты, и сделать настоящим профессионалом, удается раз в десять лет. Так что береги себя, у нас с тобой впереди много работы.

* * *

Поднятые из воды машины и выловленные чуть позже трупы, ничего не дали. Никакой практически информации, которая помогла бы следствию продвинуться вперед. Морозову оставалось одно: ждать, когда раненый очнется и сможет отвечать на вопросы. Поначалу майор частенько, порой дважды в день, утром и вечером, наведывался в палату, где лежал Малыш, но в клинике ему объясняли, что заговорит тот еще не скоро.

Если вообще когда-нибудь заговорит. Раненый по-прежнему находился в коме, на грани между жизнью и смертью.

– Я вообще удивляюсь, – признавался главврач Морозову, – как он еще тянет. Обычно после таких ранений и таких заплывов нормальные люди не выживают. Очень интересный случай, хоть диссертацию защищай.

Шли дни, и майор постепенно остывал, на столе у него лежало вдосталь папок с нераскрытыми делами, которые тоже требовали его внимания, и он все реже захаживал в клинику, попросив лишь сразу же сообщить ему, если раненый пойдет на поправку.

* * *

Иногда сквозь мертвую тишину и непроницаемую тьму до слуха Малыша начинали доходить звуки, временами он как бы видел легкое мерцание света в конце черного тоннеля. Мысли уже не выплывали сами по себе, вне зависимости от его воли, а мало-помалу подчинялись ему, выстраиваясь в понятный ряд логических вопросов:

«Где я?.

. Что со мной?.. Почему так нескончаемо долго длится ночь?..»

Вместе с сознанием прорезалась боль. Он не узнавал своего тела, такого всегда послушного. Попробует шевельнуть рукой – и сразу же пронзительный укол боли. Ногой – то же самое. В такие моменты он стонал, пока еще не слыша собственного голоса.

– Пульс, температура и давление сдвигаются в сторону нормы, – докладывала врачу дежурная медсестра. – Появились первые признаки реакции на окружающее.