Древо прошлой жизни. Том III. Часть 3. Эмблема Создателя

Моя и её роли в этом запутанном деле существовали во времени задолго до того, как я оказался здесь, в одном из двадцати пяти тысяч замков Германии, до того, как мне чуть не свернули шею во Франции, и даже до того, как в центре Москвы случайно подобрал почтовый конверт, с которого всё и началось. Такую помощницу для секретных поручений ещё поискать – с легальным доступом в замок, бегло шпарит по-русски и вдобавок умная, – в общем, находка для осиротевшего от серии провалов резидента. Разница между умным и очень умным заметна не сразу, но юмор чувствуют оба.

А смотрит как – почти влюблёнными глазами – с ума сойти! Придуривается, наверно. Вам бы тоже так показалось, если бы понаблюдали, как колыхаются её натянутые брючки, и уловили вибрации голоска. Прости любодеев, Господи.

– А вы? Отбились от толпы? – лёгкий, почти незаметный акцент фройляйн был прелестен. – Как вы тут оказались?

Скорее всего, она понимала, что я прибыл сюда не с группой, а сам по себе. Говоря по-русски, Хельга иногда делала необычное ударение на двух слогах в конце фразы, однако это лишь добавляло речи притягательности.

– А-а, – с точно выверенной безнадёжностью махнул рукой я. – Топографический кретинизм. Заблудился на очередном перекрёстке планеты.

– И чем в жизни занимаетесь?

– Писатель – выпил и весь день свободен. В последнее время пытаюсь заработать на одном и том же заблуждении, которое преследует человечество с колыбели, и сейчас заканчиваю роман. Как сказали бы мэтры, исписался и ломанулся по миру блудняком тянуть лямки рюкзака.

– Где же ваш рюкзак, если не в автобусе?

– Бросил от изнеможения в шести милях к северу, выражаясь языком изобретателей джинсов, демократии и разбадяженного кофе. Боливар не выдержит двоих. Конечно, снискать масло на хлеб на одних и тех же пороках несравненно легче, но мне это слишком претит. Творить виртуальных мерзавцев в реальной сфере отрицательных эмоций и живописать бурю страстей в рукомойнике по американской мечте о чемодане зелёных рублей – не моё.

– А разве существует другая литература?

О как! Нарвался. Придётся отвечать, но, кажется, я уже входил в раж.

– Тут вы правы. Ещё ни одному пролетарию не удавалось застукать сытого Ротшильда и голодного Рокфеллера, а это совсем иная проблематика. Знаете, как бывает? Для начала приходится выуживать из жизни некий конфликт, столкновение интересов и характеров и щедро наделять персонажей изъянами души.