Цвет тишины

А потом Тахти лег на живот и заполз под кровать и нашел там розетку, которая держалась на соплях. Рильке тоже заполз под кровать и теперь светил на нее экраном мобильного телефона.

– Не думаю, что это хорошая идея, – сказал Тахти. – Так выглядит… как будто током шарахнет.

– Да лан, ща все будет, – сказал Рильке.

Тахти сидел на полу около кровати и смотрел, как Рильке копается в коробке с отвертками и гаечными ключами. Он подкрутил винты в розетке, а вилку придавил бутылкой с шампунем, и магнитола зашуршала сбитой волной.

Тахти выполз из-под кровати в сером от пыли свитере. Рильке настроил магнитолу на первую попавшуюся волну, и комната наполнилась музыкой.

– Ну как-то так, – сказал Рильке.

– Круто, – сказал Тахти. – Работает.

Из рюкзака Рильке вытряхнул пакетики лапши быстрого приготовления. Тахти смотрел на его вещи и думал, что он сам приехал совершенно не подготовленный. Ничего с собой не взял, даже еды.

– Хочешь есть? – спросил Рильке. – Лично я умираю с голоду.

– Да я тоже, – сказал Тахти.

– Не знаешь, тут кухня же есть где-то?

– Должна быть, но я еще не успел ничего найти.

– Пойдем искать?

И они вышли в коридор, в шум и толкотню. Тахти шел за Рильке, растерянный и сбитый с толку. Рильке как будто знал, что где, шел как у себя дома.

– Слушай, где тут кухня? – спросил он парня в толстовке с принтом в виде клавиш.

– Прямо по коридору и налево, – сказал парень.

Вот так просто. И никто тебя не съест, если ты спросишь. Но Тахти так не умел.

Ужас, подумал Тахти.

Во что я ввязался?

Но он был рад, что ввязался во все это. Странные пестрые люди, раздолбанная общага, бряцанье гитары где-то в комнатах, толпы, шум – он был рад стать частью всего этого. Все лучше лысого побережья перед фермой, где нет ничего, кроме бесцветной тишины.

В коридоре пахло старым деревом, сыростью и табаком. Под ногами скрипели старые половицы. Где-то в комнатах бурчал телевизор. На кухне их встретили горы грязной посуды и ребята в вытянутых трениках. Тахти вошел и прилип подошвами к засохшей луже чая на полу.

Висел плотный запах табака, потных носков и хомячков.

Рильке пошарил по полкам, нашел чистую кастрюльку.

– Могу позаимствовать? – спросил он.

– Само собой, – сказал кто-то из ребят.

Вода из крана текла мутная, белесая. Рильке налил полкастрюли, и они вернулись в спальню. В открытые двери просматривались кусочки спален – вывернутые чемоданы, вещи на полу, заваленные кровати. Гитары, клавиши, этюдники, штативы.