Сон и наваждение

В 23 часа – отбой, и не дай бог, если к этому моменту ты не окажешься в кровати! И так день за днем. В лагере есть свой комитет комсомола, в который входят самые-самые, то есть самые умные, активные и преданные «делу» комсомольцы. Возглавляет его второй секретарь обкома комсомола – женщина красивая, ухоженная, модно одетая и совсем непохожая на бескорыстного борца за коммунистические идеи. Она не утруждается скрывать от нас высокий материальный уровень, на котором живет сама и подобные ей «идейные вдохновители».

И вдруг в лагере ЧП: командир пятого отряда Володя и член комитета Света после вечернего отбоя пошли прогуляться за территорию лагеря.

Тревога! Кошмар! Вопреки всем уставам! На следующий день – срочное заседание комитета: обсудить и вынести решение по инциденту. Перед началом заседания – его репетиция (!). В зале совещаний за длинным столом сидим мы, члены комитета, а во главе стола – второй секретарь обкома. Володя со Светой стоят за дверью, ждут своей участи.

– Случай, конечно же, вопиющий, – произносит секретарь, кокетливо приподняв плечи к крупным завиткам волос.

 – Решать вам, но мой совет: надо вывести обоих из состава комитета.

Мы слушаем, опустив головы. Входят «провинившиеся». Володя такой красивый! Глаза большие, карие. Застенчивая улыбка на лице. Света молчит, смотрит на нас.

– Ну, рассказывайте, как это вам в голову взбрело нарушить дисциплину в лагере, – начинает секретарь.

Володя, как истинный кавалер, взваливает всю вину на себя:

– Вечер был такой замечательный, полная луна, тишина.

Просто хотелось прогуляться.

– Это вам не дом отдыха или санаторий! Вы здесь для того, чтобы учиться комсомольскому порядку! Вы его нарушили, а теперь слушайте приговор.

Комитетчики молчат. А я, воспитанная на утверждении, что взрослые всегда правы, собираюсь с духом и говорю:

– За то, что вы сделали, вас надо исключить из состава комитета.

Присутствующие на заседании единодушно голосуют за мое предложение.

Прошло много лет, но этот случай заставляет меня еще и еще раз вспомнить ту дурацкую, неестественную систему, в которой мы жили.

Боялись произнести то, что думали или сделать то, что хотели на самом деле. Какие-то нелепые авторитеты, какие-то тетеньки и дяденьки, диктующие, как ты должен жить и что должен делать. Мне до сих пор стыдно за мой поступок.

    (март, 2009)

Дождь на реке

Темнело небо впопыхах,

Роднясь с рекою в цвете.

Дождь не на шутку зарядил

Сегодня на рассвете.