Избранники Света. Последний Сноходец

При этом Кристоф никогда не чувствовал себя гением. Ему казалось, что он просто любопытен, и все его достижения – это результат неутолимой жажды знаний и кропотливого труда.

Свое тридцатилетие Кристоф так же не праздновал, как и прошлые дни рождения. Его понимание на эту тему сильно отличалось от общественного, потому профессор даже не говорил об этом вслух. Он считал, что дни рождения не имеют значения и не несут никакой практической пользы для развития личности, а лишь потерю времени. Его близкие не стали с ним спорить, и за это Кристоф был им безмерно благодарен.

Мама еще утром прислала смс с поздравлением, смайликами и сердечками и даже не звонила, чтобы не отвлекать от работы. Он очень любил свою семью. Кристоф давно жил отдельно, но часто звонил матери, и всегда старался помогать материально, поскольку отец ушел из жизни, а чувство долга настойчиво заставляло профессора покровительствовать дорогому его сердцу человеку.

В данный момент университет оплачивал ученому квартиру в гостевом доме Амстердама, где молодой человек преподавал философию на теологическом факультете.

Сегодня Кристофу исполнилось 30. Он мирно спал, отключив все источники связи с обществом, вместо того, чтобы праздновать и веселиться где-нибудь с близкими и друзьями, как это делает большинство людей. Профессора полностью удовлетворяло одиночество, и ничто не должно было помешать ему сегодня поспать. Однако, все пошло не так, как ожидалось. Кристофа разбудил ветерок, внезапно подувший из раскрывшегося окна…

Глава 4.

Избранный

Нидерланды, Амстердам

– Не помню, чтобы я оставлял лоджию открытой, – подумал мужчина. Он встал, чтобы захлопнуть внутреннюю и внешнюю дверцы, так как капли попадали на ковер спальни и уже долетали до его кровати. На улице лил дождь и сквозь тьму за окном были видны лишь огни оранжевых фонарей, установленных вдоль аллеи, рядом со скамейками. Когда Кристоф повернулся спиной к окну, то увидел мягкое свечение у журнального столика. Во тьме трудно было различить природу этого света.

Затем свечение поднялось в воздух и не касаясь пола, подплыло к нему ближе – это был высокий прозрачный человек в белом хитоне. Кристоф растерялся. Он стал щипать себя за руку, предполагая, что это сон.

Существо заговорило с ним:

– Здравствуй Кристоф! Знаю, ты не ожидал нашего появления, но пришло твое время. Меня зовут Ориэль, а это Яхоэль, – и существо указало на подплывшего над полом второго, который, казалось, ждал, когда его представят.