Два мозга одного человека

Вместо круглых фар внимание покупателей медленно занимали вытянутые, напоминающие глаза хищника, агрессивные и вызывающие уважение. Стивен часто возил на этой машине свою мать, которая каждый раз с гордой головой выходила из нее на конечной остановке – в клинике, где работал отец.

Стивен смог заработать уважение семьи, каждый им гордился по-своему.

Но Стивен был нелюдим, друзей у него не было: в младшем возрасте нажить не успел, а с годами становилось тяжелей найти людей, разделявших с ним похожие взгляды на жизнь.

Требования к друзьям возросли. Как говорила его мама – «Друг тот, кто протянет тебе руку сверху и поднимет выше себя». Таких людей он пока не встречал, но несмотря на это, он все равно находил общий язык со многими людьми в своем рабочем коллективе. Особенно с коллегами женского пола.

Женщины-математики и физики тоже прагматичны, и им нравился его стабильный образ жизни. От него не веяло опасностью, и им казалось, что именно с таким человеком нужно строить семью; к тому же, навыки Стивена, приобретенных на кружках, не прошли зря – он достаточно умело вел себя на публике, отстаивая свою точку зрения, и даже мог виртуозно сыграть композицию Моцарта при случае, дабы привлечь к себе женский взор и своими темными задумчивыми глазами украсть чье-то внимание.

Большинству людей нравилось признание народа, и он, хоть и был робок, не являлся исключением.

Пухлый, невзрачный темноволосый паренек с белой кожей вырос, вытянулся, приобрел подтянутое телосложение; ухоженные волосы, черные брови и длинные ресницы подчеркивали хорошо выглаженный недешевый костюм.

Девушки-инженеры сами не решались позвать его на свидание – по их логике, такой мужчина может зазнаться и обязательно даст отворот-поворот, что ударит по их самолюбию, а разбитое самолюбие может негативно отразиться на их кропотливой работе. Так и Стивен тоже стеснялся взаимодействия с женским кругом и сомневался в том, что он в ком-либо нуждается, и тоже ни с кем по этой причине не встречался.

Это продолжалось несколько лет, до тех пор, пока он, молодой и успешный карьерист, не возглавил отдел физико-математического анализа. И в один прекрасный день он вызвал Сару – девушку с еврейскими корнями – к себе в кабинет, чтобы отчитать ее за неверно сделанную, по его мнению, работу.

Сара была не из робкого десятка и отстаивала свою позицию, а в какой-то момент, после небольшой перепалки, между ними проскочила искра, и они оба улыбнулись друг другу.