Сакура

Однако-закон, что дышло…

Узнав о моём приговоре, тот довольно и счастливо загоготал, даже не скрывая своих чувств, что так легко отделался по сравнению со мной, не применившим какого-либо оружия. Вполне естественно, что я обиделся и как можно скорее ретировался от него под каким-то предлогом, желая остаться один наедине со своими мыслями и тщательно всё обдумать, прийдя в себя…

Также меня нашёл и Пенсия. Он тоже оказался здесь и найдя меня передал немного сигарет и чая. Мы недолго поговорили с ним и он поспешил удалиться-его отряд как раз заходил в столовую и он рисковал быть наказанным за своевольное посещение карантина.

По истечении срока карантина нас распределили по разным отрядам, коих здесь насчитывалось одиннадцать. Я отдал Саннику денежную купюру среднего номинала, которую мне умудрилась передать мать в высыпанном в целлофановый пакет чае. Только чудом её не заметили в момент передачи. Мне подсказали спрятать её в сигарете, что я и сделал в своё время. Я хотел обменять её на сигареты или чай, но Санник предложил другой вариант, пообещав определить нас с Виктором в один отряд.

Поразмыслив, я согласился.

Итак, этап распределили по разным отрядам, мы с Виктором оказались в одном, держась вместе, а Полева Сергея оставили в 10-м отряде, для хоз. обслуги и на некоторое время мы потеряли друг-друга из вида…

В отряде нас встретили, волокущих за собой выданные тощие матрасы, одеяла, подушки и вещи. Проводив в каптёрку, был заварен традиционный чифир и произошло некоторое знакомство.

Один из встретивших нас представился смотрящим. Он вкратце рассказал нам о жизни в отряде, общепринятых правилах и тому подобном. Затем немного порасспрашивав нас о воле, наших преступлениях и других новостях, нас проводили к свободным двухъярусным койкам, где мы могли расположиться. Свободных мест на нижних ярусах не было и мы положили наши матрасы на втором ярусе-рядом друг с другом. Кое-какие вещи мы оставили, а всё остальное, не бывшие нам необходимым в ближайшее время, отнесли и положили в каптёрке, в которой распологались многочисленные ярусы и отгороженные полки, специально выделенные для этих целей. Так как свободной тумбочки не оказалось, хранить то, что мы оставили было негде и мы не нашли ничего более подходящего, чем положить свои более чем скромные запасы под подушки.

Заправив постели мы впервые за долгий период времени имели возможность спать на чистом постельном белье и даже раздеться. Казарма или барак был кирпичный и двухэтажный.