Город Орномиэл

Одежду свою отправишь, когда переоденешься в подобающую рясу.

– Не понял! Мне нельзя отсюда выходить?!

– Только в случае оповещения. Весь период ты находишься здесь. Задача продержаться до конца четырёх месяцев. Помни, подав сигнал всё прекратится.

– Договорив, Крейд сделал шаг назад, закрыл и запер дверь. Я остался один в пустой, тихой и серой комнате.

…Первые дни дались легко. Через равный промежуток времени приходила еда. Всегда одна и та же: пол литра воды и несколько круглых хлебцев из прессованных злаков и крупы.

Стало понятно, разнообразия ждать не стоит, питание будет однотипным. Многие часы мне нравилось просто валяться и спать. Я в основном размышлял о умственной эссенции, и очень, очень сильно надеялся, что у них никогда ничего не выйдет.

…Я не вёл учёта сколько здесь нахожусь: неделя, две, или месяц. Хронометра не было, и день с ночью для меня слились.

Чтобы лучше засыпать, подолгу ходил по комнате. От постоянного лежания на кровати в теле чувствовалась вялость. Заниматься физическими упражнениями не торопился намеренно; необходимо растягивать свой ассортимент возможностей.

Перед глазами стояла первая цель: три месяца. Что же будет представлять собой ещё один?!

…Когда наконец стало невыносимо скучно, начал отжимания на кулаках, постепенно увеличивая повторы и подходы. Параллельно отрабатывал ударную технику "с тенью".

Иногда мне присылали сменную рясу и постельное бельё, ещё выдавали первостепенные средства гигиены.

Как–то раз чуть не дёрнул струну завершения, убрав руку в последний момент.

На меня нахлынула сильная волна ощущения, что я полный идиот. К чему испытывать себя таким образом?! Раздражение на свой выбор отчасти снималось любопытством: чем же таким закончится первый отрезок?

…Отжимания потом настолько надоели, что в какой–то из дней, я просто психанул, и оставил для встряски организма лишь ударную технику.

Конечно думал и о отце. Он намеренно избегал меня, чтобы я самостоятельно обрёл важную составляющую взрослого человека.

И такие категоричные меры заставляют меня думать о себе, что в его глазах я полная безнадёжность.

Я прокручивал в голове то утро; когда, дождавшись его приезда ко мне домой, мы позавтракали, и вместе хотели отправиться в семейный цех разбираться с новыми заказами. Уже у порога он произнёс слова, ставшие клином между нами: "Даст Создатель доберёмся без заторов". На что я ответил: "Не стоит полагаться на Создателя, его не существует". Реакция была неожиданной.