Город Орномиэл

– Рехнулся совсем?! Ахаха… Тебе сколько? 25 лет! У тебя энерейзов этих умотаться. Ты и так богач! Трёхкомнатная квартира по нынешним меркам большая роскошь.

– Роскошь?! "Лагуна роскоши" – вот где роскошь! Я желаю, чтобы моя семья жила не в трёхкомнатной квартире, а в трёхэтажном доме.

– Ну ты и замахнулся. Знаешь ли, таких домов в "лагуне" наберётся не больше пятиста. Жить в них не только быть богатым; необходимо находиться в верхах значимых людей города.

– Теперь это моя цель.

– …Зная твой гений, чувствую такое под силу моему лучшему другу. Стремись!

– Не подлизывайся, ахаха… Когда буду важным человеком, и куплю особняк, нашей дружбе придёт конец.

– Ахаха… Хорошая шутка.

– Я не шучу.

– Таким образом я не многое потеряю.

Ахаха…

Мечта… Заложник мечты. Как знакомо… Смотрю на Роунса Бура, гения! А ведь он добьётся своего. Только стоить ему будет подобное желание – тяжкого жизненного пути. Хотелось бы отговорить его, постараться объяснить всю коварность громких, загнанных глубоко в подкорку целей.

Я сам пленник одной дерзкой мечты. Она ковалась в то время, когда во мне ещё не было понимания того, что своими "руками" я создаю механизм, который запустившись будет гнать тебя без остановки до свершения задуманного.

Мечты детства – особенно опасны. Заседая в юном сознании несостоявшейся личности, они ложатся в основу того из чего ты состоишь. Появившись раньше, чем последующие стремления, они начинают проминать и подстраивать всё под себя.

Ведут твой разум словно слепца, по тем дорогам, где заканчиваются эти дороги исполнением установленного.

200 лет. Столько себе я пожелал годов жизни, ещё мальчишкой. Став подростком, идея о долгожительстве никуда не делась, твёрдо застопорившись в глубинах подсознания. Уже тогда мне было трудно смириться с мыслью о смерти где–то в районе 130 лет. Среди окружающих это считается средней отметкой. Никакие научные достижения не способны значительно продлить жизненный цикл.

Под щитом мы неполноценны, возможно без его стен, и с уровнем нашей сегодняшней медицины, человек отмерял бы себе намного больший отрезок.

Долголетие – вот на какой путь меня повернула та самая мечта. Здесь не тот случай, когда её возможно переломить или выскрести, чтобы переметнуться к иному вектору судьбы. Мне уже не реально осознанно снизить установленную планку.