Надо жить Человеком!

И… Что-то не то… Нет, она, конечно, эффектней этих, что значительно моложе: и одета изысканней… и красота зрелая, сочная, но…

"Но что? – подумал муж.– А, походка! Как у бальзаковской, усталой… Ну, это ничего… Поужинаем, отойдет-отдохнет и мы…"

Ирина отвалилась в кресле машины, тяжко вздохнула и выдохнула:

– Всё, я – труп! Зверское изнасилование… групповое… Три группы, и все шесть "пар"!

– Ничего, Иринка! Ща, домчим до хаты, вкусишь, что Бог послал, затем под душик… Ничего!

Дотащились, по пробкам, до своего спального района, когда уже стемнело.

Жена нехотя клевала: и суп, и носом… Засыпала на ходу…

– Всё, больше не могу: ни есть, ни сидеть… Пойду я, прилягу, почитаю…

– Иди, милая, я тут приберу… – сказал грустно мужчина.

Через полчаса, безысходно успокоившись, он зашел в спальню.

Ночник горел, а Ирина спала, и книга упала на грудь…

"На грудь!!! – ударило мужику в голову видение. – О, нет, надо успокоиться!"

Чтобы отвлечься, он вернулся на кухню и включил телевизор.

"Хорошо бы маме нес… Пожилой женщине… Нет, совсем пожилой… Пусть совсем старухе! Блин, а если это молодая Любимая окажется? Красивая… в прозрачном платье… улыбнется… обнимет… НЕТ!!! Надо, надо успокоиться!"

Вырубил телик, пошел книги искать. Под руку попала стопка Ирининых, "женских". Названия: "В тисках страсти!", "Любовь без пощады!", "Обрученные безумством ночи!", "Обреченные на Любовь!!!"…

Мужчина ещё больше возбудился… Дошел, как говорят: "До ручки!" Впрочем, какая "ручка"? Не обхватишь!

Он прошипел:

– К черту книги! В душ! Холодный… нет, ледяной!

Через десять минут, Вадим, трясущийся от холода, прокрался к кровати, тихонько лег и завернулся в отдельное одеяло.

Он прострадал пару часов, но всё ж уснул…

…Балконная дверь была распахнута. Легкий, теплый и ласковый ветерок колыхал шторы. Утренний бодрящий свет пробивал все тканые преграды и, вдруг, засквозил через возникшую фигуру Жены… Свет пронизывал легкую ночную рубашку сзади, но и каким-то чудом освещал и показывал всё, что было впереди! Всё, что было любимо, дурманило головушку и заставляло рассматривать и рассматривать… Женушка, поддерживаемая ветерком и светом, проплыла к Нему, улыбнулась ласково и начала медленно сбрасывать с плеч: вначале одну бретельку, затем еще медленнее-медленнее-медленнее – вторую.

"А? – очнулся Вадим.