Красная Луна

Кап-кап-кап – и вот уже струйка воды образовала большую лужицу… Она не издавала ни звука, всё в ней сжалось, как пластилин на морозе, – и она заглушала готовые вырваться из горла всхлипы, кусая свои губы, словно детское колечко, которое дают ребёнку, когда у него начинают резаться зубы. Она и плакала так, как когда-то в детстве – беспомощно и тихо. Врач перевязала ей обе ноги резиновым жгутом, а потом то же самое сделала и с её рукой. Она казалась себе пленницей из какого-то фильма ужасов, где жертву собирались жестоко пытать…

– Сжимай и разжимай кулак.

У тебя очень тоненькая ручка, и вен вообще не видно. Трудно будет попасть иголкой.

Она сжала кулак как можно крепче, будто для удара, но вдруг поняла, что сил даже для этого у неё недостаточно. Кулак разжался – и рука безжизненно легла на подлокотник кресла.

– Если ты будешь плакать, то тебя не возьмёт наркоз.

Врачиха поднесла шприц – и игла послала ей худенький солнечный зайчик от лампы дневного света.

Голова врача зависла между Олесиных ног – и она услышала слова:

– Укол пошёл.

Врач достала какой-то довольно длинный металлический инструмент, пускающий солнечного зайчика побольше первого. Олеся зажмурилась – и снова открыла глаза. Она успела открыть глаза только два раза и подумать о том, что она пока в сознании.

Почувствовала ледяной холод и вибрацию, которая шла от шеи к голове, медленно ползла сначала к ушам, потом… Ей казалось, что она в самолёте, который взлетает и катится по взлётной полосе, подпрыгивая на неровном асфальте, – и никак не взлетит…

…Вдруг она услышала свой собственный крик.

Она кричала несколько раз, пронзительно, надрывно – и от этого же воя и открыла глаза.

– Мне больно!

Она очнулась в палате, накрытая пледом в коричнево-чёрную клетку, и первое, что заметила, это то, что на её ногах были одеты серые носки. Олесю обожгла очень сильная, неиспытанная ранее боль внизу живота, и она, догадавшись о её происхождении, спросила у соседки:

– Мне уже всё сделали? Мне действительно всё сделали?

– Да, да, – ответила та.

 – Тебя на каталке привезли. Скоро поведут меня. Ты полежи немного.

Олеся очень медленно, словно сомнамбула, через силу натянула бельё, платье, часики. В палату зашла врачиха и сделала ей укол, от которого ей полегчало, и она почувствовала себя пустой и лёгкой, словно надувной мяч.

Через некоторое время её повели на УЗИ.