Пятая правда

 – Человек тут как на духу исповедуется, да ещё и на трезвую голову! А ты на его не заживающие раны заботливо соль посыпаешь!

Дима побагровел и надулся от жгучей обиды, однако конфликтовать с ровенским битюгом не отважился.

2. Сучок в глазу.

Миша вернулся буквально через пару минут куда более твердой походкой и с порозовевшими щёчками. На лике его запечатлелась лукавая, самодовольная усмешка, хотя в ней и не чувствовалось неподдельной радости. Он машинально уселся на недовольно скрипнувший табурет и ничего не видящим взором уставился на верхнюю полку буфета.

– С девушками я знакомился легко и непринуждённо, но ничего серьезного у меня с ними не получалось, – продолжал нюнить Мишутка, хотя улыбка с его лица по-прежнему не сплывала. – Все они считали меня ветрогоном, балаболкой и шутом гороховым.

– Ах, какие у вас в Феодосии умные и проницательные девушки! – восхищённо всплеснул руками Серёга Таракан, но тут же заткнулся под лазерным взглядом Миколы Орлова.

– С Ксюшей я познакомился случайно на городском пляже, – проигнорировал Миша шпильку коллеги.

 – Бог не обидел её ни личиком, ни фигуркой, и отнеслась она к моим плоским шуткам достаточно благосклонно. Сначала я думал, что она приехала отдохнуть с родителями из столицы, но позже проведал, что она жительница Феодосии. У меня просто дух захватило, когда я узнал, кем работает её папаша. Должность заместителя директора мясокомбината была в то время сопоставима с чином секретаря горкома компартии. Мы начали с Ксюшей тайком встречаться, но отношения наши были почти что пионерскими. И хотя мы с ней даже целомудренно целовались, однако далее дело упорно не продвигалось. Все мои попытки приблизиться к её телу встречали галантный, но весьма твёрдый отпор.

– Такие девки знают себе цену, – саркастично скривил губы Димон, которому я поведал о моей новой зазнобе. – Она так и будет водить тебя за нос, пока её предок не подберёт ей более достойную пару. Весть о том, что она вышла замуж, ты, как водится, узнаешь последним. Брось ты это гиблое дело.

Найди себе что-либо попроще.

Но я продолжал регулярно встречаться с Ксюшей, хотя осень была уже на носу, а с ней и неизбежный призыв на военную службу. Но где-то в средине августа Фортуна, в конце концов, мне улыбнулась. Родители моей девушки на время отпуска уехали отдыхать в Питер, чтобы полюбоваться его архитектурными и историческими достопримечательностями. Ксюша отказалась от этой поездки, заявив, что была там как минимум семь или восемь раз.