Шелковая жизнь

Звучал до – минорный этюд Шопена (Opus 10, № 12), а я лежал на полу, глядел на лакированные, деревянные кессоны днища и воображал, что это шпангоуты, корабль попал в шторм, я в трюме – но свободен от вахты!

Рояль купили маме родители вскоре после войны, и он дожил с нами до двадцать первого века. На нём мама выучилась в консерватории, затем на нём играли много поколений её студентов. Когда механизм совсем обветшал, рояль продали…

Мастера уже разбирали инструмент, чтобы вывезти из квартиры, когда я обнаружил в маленькой нише между футором и ножкой засохшую мумию бутерброда.

Это был «сухой паёк» вахтенного матроса корабля по имени «Bechstein», который пролежал в этом тайнике почти сорок лет…

14

И дунгане, и уйгуры были народами – скитальцами. После поражения дунганских и уйгурских национальных восстаний в Китае в 60–70 годы ХIХ века жизнь разбросала их по просторам Центральной Азии, от северного Китая до Казахстана. И переселяясь, каждый раз им приходилось встраиваться в чужую среду, начинать жизнь заново.

15

Ошички – до восьмидесятых годов прошлого века – любимая игра ташкентских детей. То же, что и бабки, где биты и фигурки, которые бьют, делаются из костей коленных суставов животных. Сегодня эта игра уже забыта.

16

Лянга – игрушка из клока овечьей шкуры, с пришитым свинцовым грузом. Лянгу подбрасывают внешней и внутренней стороной стопы. Кто эффектнее и больше раз подбросит, тот и выиграл.

Игра «лянга» аналогично китайской игре «jianzi», что означает «хромой» (игроки, переутомлённые игрой в лянгу, начинали прихрамывать). Это же значение имеет персидскогое слово «lang» – возможно, название «лянга» произошло от него.

Для жонглирования лянгой навыки требовались поистине акробатические. А сколько необыкновенных слов надо было знать, играя в лянгу! Не говоря о том, что надо было уметь делать фигуры жонглирования, которые обозначали эти слова. Играть толком я так и не научился, но своё восхищение мастерством звёзд лянги забыть не могу.

«Виси», «пары» – прямые и кривые, «люры», «кайчи» – какие слова! В особый восторг меня приводило звучание ташкентского названия одной из фигур – «джянджи» (не от китайского ли «jianzi»?). Надо было уметь произносить его так, чтобы не насмешить старожилов уличных игр. Звук «дж» должен быть слитным – таким, как в аутентичном узбекском произношении слов «джигар» или «джаляб».