Сквозь все былые воплощенья

на Марс –

пусть летят себе с Богом,

любовью моею хранимы,

будут счастливы пусть…

…Меньше боли, чем дальше от глаз…],

Этот мальчик /какие глаза у него и ресницы!/

вдруг приходит ко мне /он так искренне хочет помочь!/…

Он совсем не из тех, кто ушёл, чтоб мучительно сниться –

он другой: он пришёл, чтобы скрасить мне день… Или ночь…

Он такой – будто соткан из флирта, улыбок и света,

рядом с ним – воздух чище, становится легче дышать,

с ним так ночь коротка и настолько внезапны рассветы…

Этот мальчик приходит – меня от меня же спасать…

Невыносимо одинока ночь

Невыносимо одинока ночь,

когда зима плюётся снегопадом,

и в сердце – лёд, и некому помочь

душой оттаять – никого нет рядом…

А так безумно хочется тепла –

простого… И настолько это важно,

что, не боясь сгореть – к чертям, дотла,

мы на любой огонь летим отважно,

в душе надеясь, что поможет Бог –

спасёт и сохранит /а как иначе???/,

не чувствуя, как тот, кто нас берёг –

наш Ангел от отчаяния плачет…

Срывая крылья с бесполезных плеч

/И перья вниз, на землю – снегопадом/,

рыдает Ангел: как их уберечь,

когда для них погибель – как награда.

И, кто бы что бы там ни говорил,

в то время, когда жизнь казалась адом,

сложивший крылья Ангел не парил

над нами – камнем вниз на землю падал…

Я когда-то хотела любить

Я когда-то хотела любить /и могла!/, это было так давно,

а сегодня в душе моей – серая мгла, черно-белое кино…

Но в глазах его – любящих, тёплых – тону: сил сопротивляться – нет,

пусть решает судьба – утянуть нас ко дну, или вытащить на свет…

Мне ресницы сомкнуть на минуту нельзя – вдруг это всего лишь сон?

Мы друг другу никто: не враги, не друзья, но я знаю: это – ОН.