Пиромания. Между Геростратом и Прометеем

Фрижете Гургеновне Гукосян за сопереживание, внимание и потраченное на меня время.

Сергею Потемкину за талант, упорство и здравомыслие, за его святые молитвы.

Виталию Козлову за то, что он есть.

Моим дочерям Марине, Дарье, Серафиме и Елизавете.

Старик

Мой город не благоволит веселью. Жизнерадостный человек здесь так же редок, как и горбатый, но, если повезет его встретить, примета сбывается и тебе вот-вот улыбнется удача.

Когда здесь солнечно, хорошая погода не располагает к работе.

Обычная моросящая грусть располагает к работе еще меньше. Впрочем, этот город не для работы.

Чувствовать себя в нем уютно можно только, если все происходящее воспринимаешь как экскурсию и уверен, что вот-вот вернешься домой, где ждет тебя еще не остывшая чашка кофе и рыжий колючий плед.

Вечерами, когда мне становится особенно грустно, я отправляюсь гулять по городу. Эти странные прогулки стали настолько обычным для меня делом, что теперь уже, до того как покинуть квартиру, я знаю, кто встретится мне и каким будет разговор.

Вечерние разговоры немногословны и обрывисты. Вечером человек более замкнут, чем днем.

Выходя из дома во двор, я встречаю старика. Каждый вечер он, как и я, только минут на десять раньше, выходит во двор, где в это время совсем уже безлюдно (разве иногда приютится любовная парочка или забредут уставшие пьяницы), и садится на скамейку. Когда он сидит на скамейке, то никогда не смотрит на других людей. Он вообще тогда ни на что не смотрит.

Только на небо. Каждый день после десяти часов вечера он выходит во двор, садится на скамейку и смотрит на небо. Смотрит, как оно плавно нагнетает цвет от салатовой пастели сумерек до тревожной охры заката, срываясь порой в такую истерику супрематизма, что становится страшно смотреть на него, а затем гаснет в бессилии, уступая проклевывающимся, словно изнутри него, звездам. Когда небо совсем тускнеет, старик отправляется домой.

Я знаю этого старика, хотя вернее сказать – я так привык к его присутствию во дворе, что уже готов сказать: знаю.

Я встречаю его, когда выношу мусор. Обычно он выходит задолго до того, как подъезжает мусорная машина, и терпеливо ожидает появления этой диковинной передвижной помойки на колесах. Похоже, это занятие развлекает его. Освободив ведро, он спешит сообщить людям важнейшую новость: «Поспешите, машина пришла. Вы еще успеете. Спешите избавиться от хлама и грязи. Вы еще успеете, спешите».