СашАшаС. Забытым

– А что, если мы не захотели, красавица?– спросил Леха

вы захотите, хлюпики, – жестко оборвала она- захотите, если хотите выжить в этом гадюшнике!

– А как же релакс?– заржал Макс.

Смерив его презрительным взглядом, капитан продолжила:

– Так… вижу вы не поняли, чтож, не первые-поймете…и вздохнув, добавила

– Запомните, здесь вы не мужики, не похотливые кобели, не до конца пережившие пубертатный период! Вы- пушечное мясо или машина для убийства. Что вам предпочтительнее- выбирайте сами.

Здесь, вы никому не нужны, ни своим бабам, которые забудут о вас, как только вам оторвет какую-нибудь нужную конечность, ни мамашам-папашам, поскольку большинство из вас сплавили сюда, как не нужную проблему, а тем единицам, которые реально любят своих сынков, не долго придется горевать- время, оно лечит!

– Девушка, ну что вы так суровы, улыбнитесь!-не выдержал Федор.

молчать! Взвод стройся!

Ребята нехотя зашевелились.

следуйте за мной.

Саша шел последним. Он не пытался глумиться, шутить и заигрывать с , бесспорно симпатичной, капитаном.

Он понимал ее, понимал как никто в этой разношерстной компании, понимал и силился вспомнить… Откуда же он ее знал?

Тем временем, капитан остановилась у палатки с красным крестом. Отогнув полог, позвала кого-то.

Вышел молодой врач.

– Сержант Стронгов, как ваш пациент, с ним можно поговорить?

– Но Саша, он ведь такое перенес…

– Андрей, в том то и дело, что перенес! УЖЕ! Потому, что был туп и не понял где находится! Я хочу, чтоб вот эти вот… не повторили его ошибок… отойди!

есть

Капитан решительно последовала в глубь, к койке, где лежало нечто, походившее на египетскую мумию.

Одна рука и ноги отсутствовали. На бинтах, в районе глаз проступали багровые пятна.

– Как ты, Семен?-спросила капитан, как можно ближе наклоняясь над раненым обрубком.

– А… что?..это кто?!… не стреляйте, прошу!..

То, что раньше было солдатом, нервно забилось на раскладушке.

Капитан осторожно положила руку ему на плече.

– Сем, успокойся, это я, капитан Орлова

а… Сашка,– вскричал обрубок, пытаясь вслепую ухватить ее за руку.

Сашка, их было много, а он… а я… он заснул, понимаешь, а я… я ведь только отошел к Любке, ты ведь знаешь Любку?!… А они… Сашка, ты где?!?!?!

Обрубок вдруг заорал и заплакал как ребенок.

– Успокойся, Сем, теперь все хорошо,– голос капитана был спокойный и какой-то… злорадный, с издевкой.