Се, стою у двери и стучу

Вот, наконец, и он надет. Но в спешке сборов негодник съехал с моей шеи в сторону, точно мстил мне за постоянное пренебрежение. Набегу дожевывал бутерброд с пригоревшей ветчиной. Опаздывая, совершенно не чувствовал, что ем. Вот они – молодость и холостяцкая жизнь! Рот был до отказа набит чем-то упругим, не прожёвывающимся. «Главное, —думал я, – не упаду от слабости где-то на подступах к работе».

Служба у меня скучная, но терпеть можно. Если администрация покидала здание, каждый занимался своим делом, рассыпаясь по закоулочкам, как цветы, вынутые из вазы.

Они тотчас теряют свою скованность и радуются свободе. И на этот раз все бурно вздохнули после ухода начальства. Ко мне подошла наша сотрудница – приятная, ничем не выделяющаяся от других, женщина и изложила свою просьбу:

– Я слышала, Вы занимаетесь экстрасенсорикой, и, говорят, у Вас есть биорамка, улавливающая излучения людей и реагирующая на них – положительно или отрицательно.

– Да, есть. А в чем дело?

– А на книги она реагирует?

– Нет свечения и все!

– Потому что они неодушевленные?

– Видимо, так.

Но все живое дает излучение.

– Проверьте, пожалуйста, вот это.

И нерешительно улыбаясь, положила на стол маленький нательный крестик и Евангелие.

– И что Вам хотелось бы узнать? – удивился я.

– Как будет относиться к ним Ваша биорамка.

– Хорошо. Здесь же не будем опыты ставить? Дома посмотрю.

– Да, конечно.

Я забрал врученное мне, завернув в чистую бумагу.

Закрывшись у себя в комнате, навел на крестик биорамку.

Излучал свет. Я опешил – простой кусочек металла, как живой! Тут же взял Евангелие – то же самое! Все это не мертвое?! Попробовал обычную книгу – ничего, Евангелие – свечение, просто книга – пусто, Евангелие – есть, книга – нет. Евангелие – да, нет, да, нет, да! Что же это такое? – недоумевал я. Весь вечер ничем не хотелось заниматься. По телевизору, надрывно и хрипло шепелявя, изрыгал что-то несуразное диктор. Я был поглощен своим открытием и различал некое покряхтывание вместо слов.

Лег спать, просыпался и вздрагивал. Несколько раз подходил к крестику – простой кусочек металла…

Утром следующего дня я вообще еле поднялся. Даже одевался, чуть не падая. Так бывает с пустой марионеткой, когда ее снимают с руки.

Наконец-то работа! О, радость, вновь дом!… Но там и тут – разбитость и усталость… Я понимал, что своими опытами встретился с Богом. Раньше Его просто не замечал…

Надо было перестраивать по-новому всю жизнь.