ЯГОДКИ РОССИИ***РАДОСТЬ 200

Это светили горячечные глаза дохлых зэков медного рудника и литейного завода поблизости, умерших от отравления солями меди. И для него эта медь была как книга, которую надо читать и читать. Вот она, эта проволока, и пригодилась…

Натянул и скрутил черную тугую шубку на всю бутылку, и маленькими пассатижами той же проволокой слегка оттянул улыбку до самых просторных ушей. Холестерина то много, жрал только мясо, а вот саму колбасу и не предлагай. Колбаса у нас для хозяина, трудяги!

Но вот все готово. Даже проволоки по краям не было видно.

Такое было сделано с дальним прицелом. Уши у этого песика должны летать в кадре!!

Потом слесарь, комбайнер, фотограф и автомеханик Роман навел фокус и чрез свой новый телефон и верный фотоаппарат цифровичок, и на всю свою жизнь, заснял своего черного друга в обнимку с бутылкой. Себе, и другим, и всему миру на память.

Ты меня не простил, но я тебе прощаю!.

Сел рядом с ним. Ну ка, еще разок, только головку свою дурную приподними. Сейчас мы ее подкрутим. Проволока мягкая и лишних мучений уже тебе не принесет.

Но если по честному, я доволен, что мы встретились в этой жизни. Может быть, это только благодаря тебе, я не пью в этой жизни и никогда больше. Вот теперь ты будешь у меня как самая кудрявая интернетовская звезда.

Роман держал покойника с бутылкой так нежно, так проникновенно, что уши игриво, как и задумано, прикрывали светлую влагу и чистое стекло. Цифровой аппарат ждал, подмигивал Красным и Справедливым. Посмотрел, полюбовался и вновь придал штришок.

Чтобы верхняя этикетка этого дорогого пойла была как раз напротив великолепно распахнутых зубов этого хмыря. И как ты только возник в нашей, и в моей жизни?! Ты, сука, пришел и отодвинул меня в сторону, и как мужа, и как любовника. Но я не жалею об этом. Однако, сколько ты мне крови попортил своим умом и собачьим чутьем.…

Ты ведь, мудило ссаный, прекрасно помнишь тот самый главный наш случай. Когда ты была еще девочкой, а я, и пришел домой, под мухой и как водится, первым.

Наша любовь с тобой, Полина Ивановна, вечно задерживалась на какой-нибудь работе вместе с каким-нибудь очередным начальником. А вот теперь ты скажи, сколько у нее таких начальников и таких подчиненных было?! Ну, хоть гавкни, раз этак пять. Или ушами махни, провентилируй мне лично этот вопросик. Если больше, то я не буду тебя разубеждать. Потому, что и мои сведения могут быть не точны…

И дернуло же Романа в тот день прихватить домой с работы стальную щетку.