О любви еще раз

Она поглядела на Петра и вздрогнула от неожиданности: тот лежал с открытыми глазами и глядел на неё.

– Петя, Петечка, родной мой, прости меня! – бросилась перед ним на колени Копейкина, едва не задев своим телом стойку капельницы.

– Тётя Эвелина… – еле слышно прошептал раненый.

– Сюда, сюда, скорее! – выскочила за дверь, не помня себя от возбуждения, женщина.

Через секунду тихий коридор ожил и навстречу ей уже бежал, привлечённый её криками, медицинский персонал.

***

Прошло пять дней после инцидента в колонии, по которому шло уголовное разбирательство. Всё это время капитан и его офицеры безвылазно находились с малолетними заключёнными, опрашивая всех и каждого из пяти отрядов колонии в двести с лишним человек.

Довести дело с Петром до конца Юрий Петрович считал своим делом чести, и уже через неполную неделю вся картина произошедшего была им установлена доподлинно. Найдены также заказчик и исполнитель преступления, на которых, без всякого нажима на них, указали сами ребята.

Они же «не под протокол» рассказали капитану о единоборстве с Серым, в котором выстоял, не испугавшись ножа, Пётр.

Сейчас, открывая двери городской больницы, начальник колонии рассуждал о том, что парня по-настоящему уважают его собратья по несчастью, а это дорогого стоит для тех, кто находится за колючей проволокой!

Что, наверное, такое мужество самого заключённого может значить для дела воспитания вчерашних трудных подростков намного больше, чем любая другая воспитательная работа, проводимая в колонии.

Но более всего капитана грела мысль о том, что он скоро увидит Элю, о которой не переставал думать все прошедшие дни, и о том, что у него для неё припасён очень приятный сюрприз!

На базе его колонии, в качестве эксперимента, который начала проводить с малолетними преступниками Москва, будет организована колония-поселение.

«Вот Эвелина обрадуется!» – внутренне улыбался Юрий Петрович.

Накинув халат, он стремительно поднялся по пролётам лестницы и уже через мгновение распахивал дверь знакомой палаты реанимации.

За дверью было пусто.