Любовь и героин. Начало

Кристофер пристально всматривался в стакан, стоящий на столе Марты Луиджи. Обычный пустой стакан, который хотелось наполнить.

Марта Луиджи: Кристофер, у вас есть совесть?

Кристофер Райс берёт бутылку виски с полки бара и, подойдя к столу в своём пиджаке, поправляя очки указательным пальцем, наливает чуточку виски в стакан.

– Моя совесть на дне этого стакана, совсем мало!

Одним залпом выпивает виски.

Марта Луиджи: Да вы бессовестный, Кристофер!

Кристофер Райс: Марта, я смотрел сегодня передачу про маленьких наркоманов, как родители, которых они так любили, становились для них неким кошельком.

Родительский кошелёк для очередной дозы! Марта, почему я не могу забыть тот день, почему в моей голове вертится шприц?

Марта Луиджи: Мы многое воспринимаем как правило. Если случилось, значит, так и должно быть. Многие вещи действительно от нас не зависят, Кристофер. Но твой бокал, из которого ты выпил виски, мог быть полным. Я знаю Джейн Морис – советую перестать с ней общаться.

Кристофер улыбнулся, взял бутылку виски и сказал:

– Сегодня я выпью целую бутылку, может, когда во мне будет много совести, я смогу навести порядок в своей голове.

Я смогу убрать наркотики из нашего города, навсегда! Наркотики убили, что я любил больше жизни…

ЛЮБОВЬ И ГЕРОИН. ДЖЕЙН МОРИС

Несколькими годами ранее.

– Я хочу портфолио, где тысяча снимков стоя в белой комнате, на мне, обнажённой, была только бордовая ткань. Очень красиво? Когда нет ничего лишнего, а ты должен меня укусить честно и больно.

Она привстаёт на свои пальцы на ногах и пытается тихо подойти ко мне, тёплый, нежный и чувственный укус сзади в шею проникает в меня. Она пытается, и ей всегда удаётся, давно я уже не сопротивляюсь, и каждый день становится её днём. Как тихо она прикасается к моим волосам, мне очень нравится. Я хочу думать, что это никогда не закончится. Мы люди, и нам свойственно ошибаться, как странно, когда я задаю себе вопрос, почему всё вокруг меня крутится в колесе и я в самом центре этой центрифуги.

Будто снег на голову или дождь в капюшон, всё на меня и всё на моих плечах. На самом деле в глубине души я понимаю, что не нужно бояться, а идти вперёд. Я надеюсь, что она не будет против, если мы с ней поговорим об детях, но совершенно в другой обстановке. Сейчас же хочу только одного – прикасаться к её нежным плечам. Её кожа настолько нежная и расплавится, когда я трону пальцами… Но нет, лишь мурашки по её коже, и она немного вздрагивает.