Моторы гинеколога Суна

В тенек он бы отполз, но до какой-нибудь растительности ползти километра четыре, а у него сломаны ребра и раскурочен голеностоп, на который ему фермер джипом наехал. Осознанно не убивая, а ногу увеча. На сорокапятиградусной жаре тренированное сердце Бобби Тингла встало на третьи сутки. Петр Палыч мне говорил, что «сам он, как и Бобби спортсмен международного уровня, но его сердце столько бы не продержалось». А у меня бы пена выступила еще в забеге… на лыжероллерах по пустыне. Вас бы в нее на лыжероллерах! Я бы с секундомером и кондиционером ехал бы рядом и из тачки покрикивал, что график вами не выдерживается и пока вы не выйдете на необходимую скорость и не пройдете на ней восемнадцать отрезков по девятьсот метров, в прохладный салон я вас не впущу! По песочку вы, разумеется, возьметесь шаркать побыстрее, но предел подступается, сердечные сосуды лопаются, приятно на здешнем морозце такое представить?

Луфанов.

Блошигин. Вы и меня вашей страшилкой не согрели.

Ткаченко. У вас трудности?

Блошигин.

Луфанов. Ты сказал, о чем следует! Продолжать тут стоять – над собой издеваться! У нас к этому единый подход!

Зозулин. (из леса). Ну я и вижу! Словно бы пелена с глаз упала! Чего вы еще там, почему не со мной? Мчитесь ко мне! Обещаю, кровь у вас забурлит!

Блошигин. Он знает, что мы не уехали. По идее, мы должны быть отсюда уже далеко, но он в уверенности, что мы здесь.

Луфанов. Мы здесь и есть. И кто нас на что надоумит? Вы, тренер? Остаться ли нам здесь, поехать ли к финишу, к нему ли в лес пойти, за что вы подадите ваш голос?

Ткаченко. Вы поступайте, как вам хочется, а я к нему. Мне не кажется, что он кричит без причины – наверняка ему выпало увидеть что-нибудь нерядовое. Я тоже желаю этим обогатиться.

Луфанов. Ну и я могу посмотреть. Ты здесь постоишь?

Блошигин. В великом изумлении от того, что я скажу, я скажу, что я с вами.

Ткаченко, Луфанов и Блошигин углубляются по одному к ждущему их чему-то одному…

К стоящему в поле у воткнутого в снег красного флажка Петру Павловичу Калянину подкатывается Зозулин.

Зозулин. Встречайте, Петр Палыч, победителя.

Калянин. Я тебя поздравляю, но как же ты всех-то обошел… ни по каким раскладам так не выходило.

Зозулин. Прогнозы дело неблагодарное.

Калянин. Бывают поражения и тяжелые поражения.