Приближаясь к Восходу

 – Тогда все называли эту добычу: «кладезь витаминов», – я, тогда была совсем маленькая, и крутилась рядом, пока её выкапывали всё соседи…. «Сообща»? – Для того, чтобы, потом, сделать заготовки в больших стеклянных банках, и съесть её, всем вместе, в те голодные времена. Это впившееся в память, как насекомое, воспоминание – перед нашим с мамой отъездом. Внутри двора покачивались от ветра свежевыкрашенные качели моего детства.

Я поняла, что чувствую ностальгию, захлопывая дверцу авто. Здесь природа, и легко дышать, когда не слишком холодно.

Городок, где прошло детство – немного серый, с вкраплениями красных домов. И преображаться он начал совсем недавно. Наберётся десяток пятиэтажек «пряничной» расцветки ( все стороны домов покрашены в разные яркие цвета).Новый корпус Исследовательского университета с радужной иллюминацией. Яркий, с автобусными остановками в виде яблок–новый торгово-развлекательный центр «Яблоневый сад». Здания IT-Парка с неоновыми огнями.

«Стоило только отсюда уехать, как улучшилась инфраструктура», – шутит мама.

Я знаю здесь каждый поворот в neighbourhood, каждую улочку, встречные лица кажутся знакомыми, я всматриваюсь в сверстников, вдруг, и правда, увижу какого-нибудь одноклассника, с кем училась до 12 с половиной лет.

На Морском проспекте навстречу прошли только какие-то молодые люди, оставляя за собой причудливые эфирные запахи фруктовой жвачки.

«Купите, обязательно купите луковицы тюльпанов, – настойчиво предлагала нам какая-то женщина, навязавшаяся возле цветочного магазина, и шедшая за нами несколько улиц, – обязательно купите тюльпаны.

Это будет тюльпанный год!».

После непродолжительного общения с соседом, живущим в смежной квартире с нами, и, так стеклось, что он оказался оберегающим нашу запасную связку ключей, мы возвращаемся в наш Новокампский дом – для меня это возвращение во все впечатления мира моего детства и начала подросткового возраста. Небольшое возвращение к мировосприятию тех лет, прошедших здесь.

Всех, какие только возможны, после семилетия ассимиляции в новой стране, в которую мы с мамой тогда эмигрировали в мои 12 с половиной лет.

Это сосед дядя Гаврила, с которым мы только что общались, и он отдал нам наши запасные ключи. Сейчас он живёт довольно одиноко. Я помню его жену в моём детстве: она была в летах, но достойно сохраняла внешний вид; умела находить общий язык с мелкими детьми: своими и живущими поблизости.