Возрождение

Как бы то ни было, но уже ко второй половине июля все внутренние работы были произведены на довольно приемлемом, в те времена возможном, уровне. Стены и потолок, покрытые древесноволокнистыми плитами и выкрашенные белой масляной краской, отливали лёгким голубоватым колером. Всё, даже отгородок для обуви и одежды, не нарушало опрятности и уюта. Обойдя все классные комнаты и заглянув в кабинет директора, я подумал: «Для полного ансамбля интерьера не хватает лёгких портьер на окна».

И вот теперь уже не счесть в который раз я в кабинете Виктора Георгиевича.

– Ну что же с Вами поделать? Будь по-Вашему.

Сказав это, он позвонил заведующему швейной мастерской. Поговорив с ним, он, обращаясь ко мне, спросил:

– Ничего больше не нужно?

– Пока ничего, – ответил я. Спасибо Вам, Виктор Георгиевич.

– Тогда идите в школу. К Вам подойдёт мастер швейной мастерской и определит, что Вам нужно.

Так по-простому решалось множество вопросов даже таких, на которые заведующий отделом культуры товарищ Хмелёв говорил:

– Занимайтесь-ка, Геннадий Тихонович, сами этими делами, а мне некогда.

И я шёл к председателю Райисполкома, который никогда не отказывал.

Наконец, портьеры были на месте, и я, несколько раз пройдясь взглядом по всему интерьеру, немножко обнаглев, подумал: – Не хватает ковровых дорожек в коридоре и в кабинете директора. Долго не решался подойти к Виктору Георгиевичу, но видение этого благолепия преодолело мою неуверенность, и я вновь в кабинете председателя Райисполкома.

Когда я объяснил ему своё теперешнее появление, он, уставившись на меня своим вопрошающим, отражающим недоумение, взглядом, спросил:

– Ковровые дорожки?! Да Вы, Геннадий Тихонович, видите, что ни в приёмной, ни в кабинете председателя Райисполкома нет таковых? А Вы хотите в школе?

– Да, Виктор Георгиевич. Я вижу, что ни в приёмной, ни в Вашем кабинете нет этих ковровых дорожек. Но ведь приёмная и Ваш кабинет – это рабочие места, где этих дорожек может и не быть.

А детская школа – это, хоть и маленький, но всё-таки храм музыкальной культуры, а музыка является самым изящным проявлением человеческого ума. Поэтому желательно, чтобы этот маленький храм был своеобразным светочем не только музыкальной, но и всеобщей культуры.

– Ого! Вот это аргумент! – воскликнул Виктор Георгиевич и тут же позвонил директору Районной торговой Базы.