Русская Темрязань далекая и близкая

У меня что? Кроме как за тобой глядеть, и дел нет?

У Никиты панихида из головы не выходила, а тут еще Меншиков со своей кляузой. Босому совсем муторно стало и одиноко. Захотелось ему все бросить и уйти, куда глаза глядят. Но привычка к исполнению своего долга и совесть солдатская постоянно удерживали его от необдуманных поступков.

«Эх, мама, родненькая!» – вздохнул солдат.

Через неделю Преображенский полк был перебазирован на отдых под новый строящийся город Санкт-Петербург. Солдат поселили на берегу озера в только что построенную казарму.

Рядом были и столовая, и баня. Никите понравилось на новом месте: кормили хорошо, разрешали купаться в озере, рыбачить.

В субботу, не сказав Никите ничего, после бани повезли его в город в карете Меншикова. Кучер оказался незнакомым и неразговорчивым. За дорогу Никита и не выяснил, зачем вызвал его Генерал-губернатор Санкт-Петербурга.

Меншиков его ждал. Когда солдат вошел в просторный кабинет с зеркалами во всю стену, стеснительным себя почувствовал в необычной обстановке, боялся наследить ботфортами на ковровой дорожке.

Но потом на все махнул рукой, встал во фрунт и доложил:

–Ваше превосходительство, гренадер Босой прибыл в ваше распоряжение!

Меншиков в генеральской форме, отутюженный и напомаженный, красавец в рыжем парике встал из-за стола и протянул богатырю длинную худую ладонь.

–Здравствуй, Босой! Рад видеть тебя живым и здоровым. Смотрю – постригся, румяным стал.

Никита осторожно пожал генеральскую ладонь и ответил:

–Спасибо! Живу без забот.

Кормят хорошо. По берегу озера гуляю. Бредешком с солдатами рыбу ловлю. Приезжайте к нам. На воде уху сварганим.

–Нет Босой, царь не отпускает. Мы с ним все воюем здесь, с дипломатами. Я тебя вызвал вот по какому поводу: помощник мне нужен на стройке нового города, свой человек, деловой, непьющий. Может, возглавишь бригаду военных строителей, оклад тебе дам генеральский, жилье, женим тебя здесь. Есть у меня на примете молодая кулугурочка при богатых родителях, с косой и томными глазами, заневестилась красавица.

Государя сватом пошлем. Царю не откажут. Деньги будешь большие получать, почет, уважение. Мать с дедом из леса к себе заберешь. И у меня на стройке будет свой человек. Как, по рукам? Конечно, отпуск тебе сразу дадим, домой съездишь, с родными свидишься, посоветуешься.

Никита нахмурился, почесал в затылке и ответил:

–Нет, Данилыч, сей отпуск мне ни к чему, война идет. Дома мне нельзя появляться на короткое время.