Южаночка

Сидоренко, а за ним и Марья Ивановна с мало соответствующей их почтенным годам быстротой кинулись в прихожую, перегоняя друг друга. Дедушка хотел было последовать за ними, но радостное волнение было так велико, что совсем лишило его сил. Ноги старика задрожали, и он невольно остановился на пороге кабинета, протягивая вперед руки…

Глава II. Она приехала!

– Дедушка!

Что-то шумное, легкое, маленькое и ликующее, мокрое от снега, в белой шубке и таком же капоре[1 - Ка?пор – детский или женский головной убор, обычно завязывающийся под подбородком.

], с быстротой стрелы и ловкостью котенка устремилось на грудь дедушки и повисло у него на шее.

И тотчас же целый град горячих поцелуев покрыл лицо старика. Белый капор сполз на спину, и перед генералом Мансуровым предстала прелестная смуглая головка с целым снопом густых смоляных кудрей. Кудри падали и на высокий умный лоб девочки, и на ее разгоревшиеся от холода щеки и спускались спутанной живописной бахромой на черные, как угольки, огромные, сверкающие весельем и задором глаза.

Девочка была крепка, как молодая репка, стройна, ловка и очень хороша собой. Дедушке же она положительно казалась красавицей.

– Вся в мать! Вся в покойницу Сашу! Марья Ивановна! Сидоренко! Глядите! Вся в покойницу барышню Сашу, не правда ли? Что за прелестное дитя! – с выступившими на глазах слезинками произнес старый генерал.

А «прелестное дитя» уже прыгало козленком перед лицом дедушки, держа его за рукав сюртука и болтая без умолку, как сорока:

– Ах, как интересно было ехать, дедушка! Кушать и спать в дороге! Очень хорошо! Только вот Крыса все портила.

Всюду совала свой нос. Только и знала, что ворчала: «Ина, не ходите туда, Ина, не ходите сюда! Ина, сидите смирно, Ина, не болтайте ногами и не грызите ногтей!» Надоела – до тошноты! Если бы не она, все бы хорошо было! Ведь я ни на минуточку не забывала, что еду к тебе, дедушка! Я так хотела увидеть тебя поскорее, познакомиться с тобой… Вот и приехала! Вот и узнала! Ты чудо какой хорошенький, дедушка! Точно старый царь Берендей из сказки. Только у Берендея борода, а у тебя нет. Отчего ты не носишь бороды, дедушка? А Сидоренко? Где твой Сидоренко, про которого мне так много рассказывала мамочка?

Не умолкая ни на минуту и не выпуская из рук полы дедушкиного сюртука, чернокудрая девочка с очаровательной улыбкой завертелась из стороны в сторону, блестя разгоревшимися глазками и сверкая перламутровыми зубками.