Дом для Лиса

При всем этом у Лиса оставалась возможность жить своей сугубо частной параллельной с ними жизнью. Они были рядом, но и только. Даже Кристина интуитивно определила границы его личного суверенитета и уважала их, как впрочем, границы своих родителей и свои собственные. В этом доме никто никого никогда ни к чему не принуждал и ничего не навязывал. Для Лиса это было более чем в новинку.

Наконец, наступил день, когда нужно было снимать гипс и делать новый снимок. На этот раз Лису не пришлось притворяться бессловесным иностранцем.

Соня привезла его в клинику Пал Саныча на прием к нему лично.

В итоге, после продолжительного изучения рентгеновских снимков Пал Саныч остался крайне недоволен.

– Как же тебя так угораздило-то? – вздохнул он, в конце концов, обернувшись к сидящему на кушетке любующемуся своей сине-голубой ногой Лису.

– Я буду ходить? – испугался тот, завертев головой в поисках подтверждения, которое надеялся прочитать по лицам доктора и невозмутимо листающей журналы в кресле для посетителей Сони.

– Будешь, куда ты денешься, – хмыкнул Пал Саныч, – только не скоро еще. Как у вас дела с бумагами? Сколько вы пробудете здесь?

Соня отложила в сторону журнал.

– Бюрократия погубит эту страну, если уже не погубила.

– Это следует понимать, как «еще долго»?

– Не меньше месяца точно. Максим был прав, он всегда во всем прав, – усмехнулась Соня.

– Пойдем, поговорим.

– Нет! Говорите здесь, я знаю, что вы будете говорить обо мне! Я хочу все знать, все! – зачастил Лис, намереваясь слезть с кушетки.

– Сиди, дурень, – цыкнула на него Соня.

– Не педагогично, – заметил Пал Саныч, впрочем, нисколько не удивившись подобному выпаду.

– Ладно, слушай, раз так неймется. У тебя повреждены связки и смещена коленная чашечка, все показания к оперативному вмешательству, без него кость будет срастаться неправильно, она уже неправильно срослась, нужно исправлять. Сама по себе операция при нашем оснащении сложности не представляет, но реабилитационный период будет долгий.

Если мы сейчас исправляем неправильное сращение – это больно и будет заживать недели две, если делаем операцию, то вы зависнете здесь на месяц минимум. В Испании эта радость будет стоить дороже.

– Я надеялась, что в Испанию он приедет здоровым, – пожала плечами Соня, там и без того проблем будет выше крыши.

– Тогда оставляй его здесь, делаем анализы и на послезавтра назначаю.

Лис похолодел.