Дом для Лиса

Семен Валерьянович никогда не спрашивал о его прошлом, только о том, что ему нравится читать и какие фильмы он смотрел, иногда приносил русскоязычные диски, и они вместе с Кристиной смотрели записи коронаций, видео путеводители по музеям и дворцам Испании или новинки российского кинопроката. По четвергам и субботам Фернан отвозил Лиса в город на уроки «рисования».

В первый же день выяснилось, что Лис младше всех в группе, в которой, к его удивлению, нашлось еще трое мальчишек, несколько старше его самого. Уроки проходили весело, преподаватели не скупились на похвалы даже при виде явно провальной работы, Лис совершенствовал свой испанский, но главное, изучал испанцев.

Дети оказались еще более наивными, чем в Самарской частной школе, но были более открытыми и ранимыми. Лис учился быть осторожным в интонациях и словах. Почему-то его приняли сразу и безоговорочно, никого не интересовало, кто его родители, почему он прихрамывает, но все дружно удивлялись тому, что он не смотрел мультфильм «Ледниковый период» и «Шрэк». Лис попросил Семена Валерьяновича принести ему эти мультики, тот, смеясь, согласился, и на следующее занятие он отправился во всеоружии. Правда, тут же обнаружилось, что он не смотрел еще с десяток культовых среди местной молодежи фильмов и окончательно свыкся с мыслью, что безнадежно отстал от жизни.

– Ты странный, – признался ему один из новых его знакомых, вихрастый разбитной подросток 14 лет с серебряной серьгой в ухе, – Ты говоришь, как если бы был мне ровесником, но слишком правильный.

Ты ведь прикидываешься, да?

Лис засмеялся искренне и зло, окинул взглядом нарядный класс с аккуратными мольбертами, удобным уголком для отдыха из стоящих в круг мешковатых кресел, в которые можно было падать с размаху, не боясь помять, сломать или стукнуться обо что-то. Живо воскресли в памяти грязные обезьянники отделений милиции, он хотел ответить сальностью, но, взглянув в глаза стоявшего напротив парнишки, промолчал. Не было в этих словах тайного умысла, желания задеть или обидеть, парень действительно принимал его за домашнего мальчика.

– Я не знаю, как себя с вами вести, я плохо знаю язык, я недавно приехал и почти никого здесь не знаю, – он предпочел ответить честно, но умолчать о главном.

– Давай играть в вопросы, – предложила девочка с длинными светлыми блестящими, как у куклы Барби, волосами (звали ее под стать – Барбара), – Ты задаешь вопросы по кругу каждому из нас и потом тебе задают по вопросу.