#КНО_лучшее. Сборник стихов

Натянулась моста тетива —

Створкой выстрелит в ночь —

Чуть позже.

В позвоночник, как лодок киль,

Вшит литой Петропавловский шпиль.

Я – Дворцовой родная дочь

Площади.

Закрепились – и навсегда! —

Родинками острова

На предплечьях.

Я коплю твоих чаек крик,

Каждый ветром пропитанный миг

В печени.

Даже сизый и горький смог

Ты, мой ангел, так и не смог

Вытравить из моих лёгких.

Как прилипшая к соснам смола —

Я с тобой, даже если дела

Совершенно,

Из рук вон плохи.

Уже трио веков подряд

Ты и Питер, и Ленинград,

Между Русью и Балтикой шнур.

Залпом пушки в полуденный зной

Я взрываюсь в тебя. Ты – мой.

Я люблю тебя,

Петербург.

3`18

Чебурек

Я говорила ему о вечном,

О том, что он самый родной человек.

Он мне сказал: «Будь другом, дай кетчуп», —

И продолжал уплетать чебурек.

Я говорила ему о важном,

О жизни и смерти, о правде и лжи.

Он мне сказал, развалившись вальяжно

У телевизора: «Не мельтеши».

Я говорила ему так много

О мире, который ужасно кругл.

Повисло молчание. Думаю: понял! —

Рано обрадовалась: уснул.

3`18

Петька

Петька сидел на камне и смотрел на море.

Камень казался теплее, чем русская печка дома.

Камень, казалось, был ему верным другом —

Он всегда приходил к нему, когда трудно.

Петька совсем не слабак, но он больше не может

Видеть вокруг себя жадные, пьяные рожи.

Он решает сбежать – будет жить по своим законам,

Наберёт себе армию, изобретёт корону.

Петькин первейший враг – собственная неграмотность.

Петька едет учиться, убивая в себе свою слабость.

Он мечтает о северном, призрачном море…

Он его отвоюет. И город себе построит!

Петька прошлому режет безжалостно вены:

Если нужно – поборет и турок, и шведов,

Если нужно – он небо проколет высокой спицей,

Позолоченным символом новой морской столицы.

Для него это Кремль – заросшее гнилью болото,

А не Невского гимна журчащие, свежие ноты.

У него, очевидно, не кровь, а никель.

И не Петька он вовсе —

А император

Пётр Великий.

3`18

Ленинград

Я не прожила тех отравленных дней,

Когда был в беде Ленинград.

Я счастлива видеть улыбки детей,

А не умирающий взгляд.

Мне не было страшно спуститься во двор,

Здороваться с каждым встречным.

Я счастлива слышать в домах разговор —

Не дикие вопли картечи.