Традиции сентиментализма в творчестве Л.Н. Толстого

Менялась и концепция русского масонства, которое не рассматривалось как течение, враждебное Просвещению и сентиментализму, что снимало оттенок подозрительного отношения к связи молодого Карамзина с масонами, позволяло более объективно оценить масонские традиции в дальнейшей деятельности Карамзина (идеал общественного служения, работа на просвещение общества и т.д.). Реабилитация мировоззрения Карамзина, утверждение значимости его творчества и творчества И.И. Дмитриева не могли восстановить престиж сентиментализма как художественного направления.

В начале XIX века Дмитриев отошел от литературы, а Карамзин занялся историческими трудами. Эстетический же аспект «карамзинского направления» был разработан значительно меньше. Старая традиция видела в сентиментализме на XIX века умирающее литературное течение. Учение просветителей XVIII века в России XIX века модифицировалось, утратив свой политический радикализм. Началась разработка проблем историзма и национального самосознания без сильного привязывания к априорной просветительской доктрине. Классическое Просвещение в чистом виде в эпоху наполеоновских войн перестало быть последним словом в науке об обществе и человеке. Поэтому нахождение «просветительских корней» в карамзинском творчестве восстанавливало идейную «полноценность» только в период издания «Московского журнала» и создания «Писем русского путешественника». Но при всем том возникало новое осложнение: чем больше достоинств находили в творчестве Карамзина, тем шире становилась пропасть между ним и писателями «карамзинской школы». Когда Карамзин писал «чувствительные» повести, можно было говорить о достижении русского сентиментализма, воплотившихся в карамзинской прозе. В XIX веке реальной литературной продукцией сентименталистов оказалась лишь поэзия и проза Шаликова, Брусилова, Панкратия Сумарокова.

Тщательное исследование поздней прозы «карамзинистов» кардинально ничего не изменило. Вскоре писатели создавали новые тексты, а не переписывали старые слово в слово, всюду видны какие-то изменения.

Появляется новый поворот темы, усложнение, непривычная ранее огласовка мотива, некоторое расширение круга реалий, установление нюансов. В повести Н. Брусилова «История бедной Марьи» присутствуют традиционные атрибуты пастушеской любви, но нет абсолютно реальных черт ни крестьянского, купеческого быта, хотя известно, что героиня – дочь богатого откупщика, возлюбленной – «бедный поселянин» Милон, а его соперник – богатый купец Эраст.