Комедия ангелов

13 Пусть для тебя минуло лихолетье —

Светлы воспоминаний витражи;

За мой прыжок, что точен, как в балете,

К своей звезде дорогу покажи,

Ведь ты же не мираж в пространстве гулком.

А коль не хочешь – прямо и скажи».

«Не рано ли собрался на прогулку? —

Мне кормчий с подковыркой отвечал: —

Во тьме веков и в светлых переулках

Заветный сложно отыскать причал,

Спешить из любопытства на свиданье

Не лучшее из жизненных начал…»

25 «Во всём ты прав, – произнесу признанье: —

Когда бы не застенчивость виной

Тому была, то к твоему вниманью

Явился бы давно.

И Одиссей со временем сражались,

Борюсь я с неприметностью земной.

Года плели вокруг свои скрижали,

Их круговерть была мне неясна,

Как будто бы заранее назвались

Места, поступки, даже имена,

Пусть мимолётно попадая в уши,

Но это, согласись, моя вина,

37 Что виноват в неправедности службы,

Что доверял видениям своим.

Хотел, чтоб воспаряющие души

Не уплывали в небо, словно дым,

А получали общее признанье,

Как говорили языком одним.

Прости меня за это опозданье

И за громаду молчаливых лет,

Когда я удостоен созерцанья

Давнишнему желанию вослед,

Но умолкаю в суете томленья

И жду в надежде трепетной ответ». —

49 Так я закончил пылкое вступленье

И с жадностью в глаза его глядел

Всего одно короткое мгновенье,

Когда решался сущего удел.

«Поехали! Хоть это и непросто,

Но счастья нет, когда томит предел».

«Ужель вот так, без должного знакомства,

Без вышних поручителей, меня

Берёшь, не опасаясь вероломства,

В такую ночь? Пускай при свете дня

Достался бы попутчик, полный лени

Без посоха и даже без коня».

61 Ничуть не опечалился мой гений

И смуглою улыбкой одарил.

«Любителю полночных песнопений

Я предпочту и тысячи кутил,

Не будем же потворствовать разлукам

И не собьёмся с верного пути!

Беру. И буду сам тебе порукой

По прихоти капризного гребца,

Когда того одолевает скука.

Ты не похож на дерзкого юнца,

Хотя такое выбираешь право,

По коему заметно наглеца.

73 Да будет так!», – и он челнок направил

Туда, где небо прячет рой светил.

И мы взлетели. И рукою правой

Сам Пушкин наш полёт благословил

Лететь всех дальше, может, наудачу,

Но не щадить своих небесных крыл.

И я поверил в нашу сверхзадачу!

Ещё бы не поверить, пусть когда

Горчайшему в Путивле древнем плачу

Не снилась даже меньшая беда.