Чужое лицо

И что дальше? Он побродил по залу, вышел на площадь, вернулся, издалека понаблюдал за толстяком. Тот стоял как нанятый со своим плакатом, мимо проходили, по-видимому, уже последние пассажиры питерского рейса, несколько соотечественников с унылыми лицами. И что это он, Дима, нашел, кого опасаться. Он сменил свои темные очки на элегантную оправу и решительно направился к толстяку.

– О, мистер Боткин! – обрадовался тот. Это было единственное, что мог понять Дима в довольно пространной приветственной речи на беглом испанском.

Но радость кудрявого румяного испанца была столь неподдельной, что Дима в ответ заулыбался и даже протянул руку, но спохватился, что рукопожатие миллиардера показалось бы неуместным, и просто дружески похлопал встречающего по плечу.

На площади перед терминалом их ждал довольно скромный «Мерседес». Куда его, Диму, везут, неизвестно. В гостиницу? Домой? В морг, на опознание Нины? Барселона оставалась за окном, но разглядывать ее, даже знаменитые здания Гауди, не было никакой возможности.

Сидевший за рулем толстяк, а он был, как оказалось, и экспедитором и водителем, то и дело с милой улыбкой поглядывал в зеркало, а иногда и оборачивался к Диме, солидно расположившемуся на заднем сидении. При этом толстый произносил короткие, но совершенно непонятные фразы. Ясно, случилась какая-то накладка, Нина не приехала. И что прикажете делать, откуда узнать, говорит ли Игорь Николаевич по-испански, и если да, то как быть Диме, не знающему ничего, кроме «No pasaran» – изображать острое заболевание горла? Но уж, конечно, не стоит обнаруживать, что он впервые в Каталонии.

Скромный, по московским понятиям, мерс, на котором его везли, здесь, в Барселоне, смотрелся вполне прилично. В целом, как отметил Дима, шикарные тачки попадались нечасто, а большие внедорожники почти не встречались. Ехали целую вечность. Дима поначалу делал вид, что устал от перелета, сидел отрешенно, прикрыв глаза, и незаметно для себя и в самом деле задремал. Ненадолго. Но все равно, наверное, неправильно поступил: даже не заметил, как выехали из города, и, разумеется, не имел представления, где они и куда направляются.

А вот и финиш. Толстяк уверенно свернул с шоссе, проехал вдоль выложенной из камня ограды и остановился у роскошных кованых ворот. Дима не растерялся, не забыл, какая он важная персона, подождал, пока водитель открыл ему дверь. Воздух, таким воздухом лечить можно! Под стать этому был и вид по обе стороны от ворот.