Перрон для оптимистов

Так сказал бы Илья… Старший брат всегда казался Розе легкомысленным шутником, а теперь на нём гора ответственности за неё, Лёлика, Соню, маленькую Анну-Софию. Может быть, поэтому в его картинах всё больше тёмных красок и каких-то тревожных вертикальных линий, как во время затянувшегося дождя. И вдруг – звук аккордеона, музыка настоящего Парижа! Подошла поближе – оказалось, играет нищий: слепой, в грязных лохмотьях.

Без Самсона всё плохо! И холодно стало, как тогда в Мелитополе, на взбесившейся Молочной. И в груди давило, словно вырвалось из-подо льда множество рек.

Пора было возвращаться, кормить дочь. Срезала угол, вышла на бульвар де Порт Рояль. Здесь Париж величественный, шумный, но чужой, несмотря на обилие плакатов Дягилева с «Русскими сезонами». Это множество типографских копий рисунка художника Серова «Видение розы». А у Розы одно видение – встреча с Самсоном.

Сегодня без него было особенно плохо. Даже руки не слушались, когда вернулась и открывала дверь квартиры. А там – реальный, живой, только небритый и усталый Самсон.

И прямо в прихожей – долгое молчание, уткнувшись друг в друга. Тюремные злоключения, подробности долгих дорог, трудности ожидания – всё это ворвалось в них двоих вместе с дыханием и стуком сердец. Слова были лишними. И даже малышка молчала, оказавшись между ними, в их бурном информационном потоке.

– Товарищи влюблённые! Очнитесь! Анне-Софии пора есть, а для остальных чай остывает! – послышалось из комнаты.

Дурашливый крик Ильи вернул всех в реальность.

Самсон взял пищащий свёрток на руки и сказал дочери:

– Анна-София… Как вычурно! Совсем по-европейски. Я буду звать тебя Нюсей. Мы здесь ненадолго.

Когда малышка заснула, все собрались за столом. Никто не решался нарушить молчание, – то ли берегли детский сон, то ли не хотели обсуждать тревожное прошлое и зыбкое будущее… Голос гостя вывел всех из оцепенения.

– В Гадяче, когда меня задерживали, сбежался весь город посмотреть. Как же, важная птица, жандармы из самой Москвы приехали! Потом, уже в Бутырке, Махно[14 - Н.

И. Махно (1888-1934) – украинский анархист и революционер, в 1917-1922 гг. командующий Революционной повстанческой армией Украины.] встретил. Мы же с ним к девятьсот пятому пришли в революцию, молодыми были, буйными. Потом, правда, прошли разную политическую школу… Так вот, у Нестора ещё остались связи… Раньше жандармы брали взятки до 50 тысяч рублей за человека! А сейчас поутихло всё, и глаза конвойных подешевле закрываются.