Иерусалимский синдром

Луболо. Формально уголовный кодекс все равно книжка.

Джокетто. Ты формалист. И еще ты…

Луболо. Даже не думай сказать, что я идиот! Не сглотну! Возмущусь по полной!

Джокетто. Ты формалист… Слышишь?

Луболо. Что?

Джокетто. Как на Гефсиманской фондовой бирже со скрежетом попадали твои акции.

Луболо. Я никогда не верил в акции. Это может показаться старомодным, но я всегда хранил свои деньги при себе. По карманам, по шкафчикам, по… Не прислушивайся – не скажу.

В комнату входит играющий Баллоне.

Сделав круг по сцене, он подходит к столу и пьет из горлышка. Долго смотрит на Флориэну. Затем целует ее взасос.

Возобновляет игру и уходит.

Флориэна. Чего это он?

Джокетто. Очень пылкий юноша. (Инспектору) Ты его арестуешь?

Луболо. Да пропади он пропадом. Вольтуччи его пригласил, пусть Вольтуччи с ним и разбирается – если физическая подготовка позволит. А куда он все время уходит?

Джокетто. Баллоне уходит за инструкциями. Сам ходит по земле, а за музыкой уходит наверх. За инструкциями.

Так надо.

Луболо. Кому надо?

Джокетто. Ему. (показывает пальцем наверх. Или ты считаешь, что Ему уже ничего не надо?

Луболо. Ну, здесь я некомпетентен. Если он еще дышит, я смиряюсь с его сущестованием. И его средствами для самовыражения. Слово офицера.

Джокетто. Приятно слышать, что ты не хватаешь огромный фонендоскоп, не впадаешь в транс и не лезешь прислушиваться к его сердцу. (Флориэне) Ты в состоянии говорить? Говорить, осмысливая сказанное?

Флориэна. Да…

Джокетто.

Поцелуй тебе понравился?

Флориэна. Не знаю… Все было так неожиданно.

В комнате загорается свет. Не яркий, но все-таки свет.

Луболо. Ух ты… Неужели действительно не все потеряно.

Джокетто. А что тебе, Инспектор, терять? Твою никому не нужную жизнь? У меня всего побольше – интеллектуальная интуиция, смена белья, более сотни джазовых дисков, утренняя потребность в женщине. У меня есть и сюрприз. Для тебя.

Луболо. Для меня и сразу сюрприз? Ничего и вдруг сюрприз? Мне нельзя терять неусыпный контроль за твоими руками… Вещественный или духовный?

Джокетто.

Тебя он крайне вряд ли обрадует. Это информация. Не раскрывающая доминанту создания Вселенной. Но она… Способна истощить запас прочности у любого могучего человека!

Луболо. Ну?

Джокетто. Сегодня утром со мной кое-кто по астральной связи связался: небесный посредник. В виде оранжевой женщины с собачьей звездой на лбу и низко свисающими грудями – насчет тебя они уже все решили.