Иерусалимский синдром

Правильно, сын мой! (Инспектору) Избери прямой путь и разлюби мзду неправедную! И дождешься! Обязательно дождешься исполнения обетования. (трижды кланяется и бьет поклоны).

Луболо. Кланяйся, тренируйся – разминай поясницу: все лучше, чем на несовершеннолетних девках. Ты загашник свой давно проверял?

Удилло. Какой еще загашник?

Луболо. Который под алтарем.

Удилло. Нет его больше. Нет… Наказал меня Господь.

Луболо. Выходит, накрылись мои деньги.

Флориэна. Не в деньгах счастье.

Удилло. Точно, дочь моя, не в них, мерзких! Как тебя зовут, дитятко? Что-то раньше я тебя не встречал.

Флориэна. Я пока не решила плохо это или хорошо – за себя не решила, не за вас. Вы начитанный и пожилой – решайте за себя сами. А зовут меня Флориэной.

Удилло. Божье имя. Вина не отведаешь? Оно очень вкусное! Полезное для юных дев. Ты глоточек, я парочку – потом мы могли бы псалмы попеть. В каком-нибудь тихом месте… Отведаешь?

Паскуэлина. Она не отведает. Отстань от ребенка.

Луболо. Я отведаю. Давай сюда бутылку! И веди себя прилично, а не то я тебя вмиг в долговую тюрьму отправлю.

Там тебе будет с кем псалмы попеть.

Вольтуччи. Я сейчас штопор принесу.

Удилло. Не утруждай себя понапрасту, сын мой – я все предусмотрел, вот тебе штопор. Святой водой освященный. Честных богомольцев он не подводит.

Джокетто. А воду кто святил?

Удилло. Я. (крестится) С божьего позволения.

Луболо. (Вольтуччи) Протри штопор. Не хватало еще какую-нибудь заразу напоследок подхватить.

Удилло. Не говори непотребства, гангрена.

Не развращай уста свои.

Луболо. Ты бы лучше о своих устах побеспокоился! Где они только у тебя ни побывали…. Хотя бы бензином их протер. Какая гадость…

Вольтуччи. (разливая) Одной рюмки не хватает.

Удилло. Ничего, дети мои, это совсем не затруднение – я из горлышка сподоблюсь.

Луболо. Тогда уж давай до дна. После тебя никто пить не будет. Отрубишься – не бросим. В смысле, чем-нибудь накроем и будем осторожно переступать.

Удилло. Благодарствую. Выпьем же за величие Господа нашего.

Ибо мы возвестили вам силу и пришествие его, не хитросплетенным басням веруя, но бывши очевидцами его величия. Ибо он принял от Бога Отца честь и славу, когда от Отцовой славы принесся к нему такой глас: «Сей есть Сын мой Возлюбленный, в котором Мое благоволение»! И этот глас, принесшийся с небес, мы слышали, будучи с Ним на святой горе. (не переводя дух, пьет из горлышка до дна).

Паскуэлина. Я не буду за это пить.

Вольтуччи.