Добрые вещи

– Двадцать минут до начала, – сообщил мой молодой сосед, поглядывая на часы.

– Вижу, – досадовал я, – Сейчас уйдем на «Терешки», попробуем там проскочить. Не переживай! Все хорошо!

– И довольна дочь столицей, – продолжает учительница.

– Довольна, – киваю, – Скучает по нам, мы – по ней. Вот зимой прилетела на каникулы, так восемь дней, как один миг пронеслись. Вроде, даже и пообщаться как следует было некогда. Но это цена перспектив. Надо чем-то жертвовать, чтобы продвигаться вперед.

– Это да, – соглашается дамочка.

– Ну а вы, ребята, тоже не против в Москве учиться? Раз физику профильную сдаете – технарями будете?

– Посмотрим, – пространно отвечает сосед, – Сейчас меньше всего про это думается.

– Я понимаю, в такие моменты все суеверны. Во, поехал проспект. Ура!

За семь минут до начала Единого Государственного экзамена мы подъехали к ограде нужного учебного заведения.

– Вход слева, – показал я жестом, – У вас достаточно времени, чтобы не бежать.

– Сколько с нас? – спросила учительница.

– Ни сколько, – ответил я, стараясь не любоваться своим поступком, – Главное, чтобы мальчишки написали ЕГЭ на сто баллов! Договорились?

Пацаны заулыбались и вышли из машины. Они побрели следом за семенящей на каблуках учительницей к воротам Восьмой гимназии. А я какое-то время провожал их взглядом, вспоминая, как мое поколение сдавало экзамены.

Какая там мотивация на успех? У моего поколения ни в одном глазу не было желания стремиться к знаниям.

В девяностые этого не требовалось, потому что состояния сколачивались по бартеру. Через известные схемы. Посредниками. Неучами. Мой одноклассник по кличке Кермаз приносил в школу водку, которую ограниченный контингент распивал прямо в школьной столовой. А другой – с погонялом Барсук, смолил коноплю между уроками, восторгаясь ее качеством. Надо ли говорить, что один до сих пор бегает от каких-то бандюков, у которых состоит на счетчике, а второй – давно уже в мире ином, потому что вышел из окна седьмого этажа над магазином «Тысяча мелочей».

Но копошиться в воспоминаниях бесконечно не было ни времени, ни желания. Я обернулся, чтобы выезжать, и увидел три сотенные бумажки, лежавшие на автомобильной подушке по кличке Рауди. Все-таки учительница решила оплатить проезд. Ладно! На удачу. Пусть будет так…

* * *

Сын написал физику прекрасно. Наш репетитор Фаик Губаевич тоже порадовался за ученика. Все, в конечном итоге, сложилось хорошо.