Добрые вещи

Молва при этом не просто восхищалась педагогическим талантом данной особы, но и сообщала подробности, мол, у бабки сын или внук учится в Москве. Вот ей и приходится формировать ему бюджет в провинции, платно обучая науке громадное количество школьников. Тем не менее, нам со специалистом по котангенсам не повезло, потому что она не нашла место в своем перегруженном графике. Однако, Лейшиц порекомендовала свою ученицу, которая «нисколько не хуже меня и вполне может дать знания». И вот мы уже с сыном едем к условленному часу в Третью гимназию к некой Оксане Выгановой, чтобы наконец-то приступить к платным занятиям у рекомендованного мастером ученика.

– Опасно! – прерывает воспоминания возглас комментатора из ящика, – После подачи с левого фланга и скидки головой на дальнюю штангу, Салах мог с близкого расстояния переправлять мяч в сетку, но его в последний момент опережает Жирков.

Я смотрю на экран: «Господи, зачем же так кричать?»

В Третьей гимназии репетиторство было поставлено на поток.

Прямо в классе общеобразовательной школы собирались небольшие, но бесконечные группы школьников со всего города и осваивали азы. Это удовольствие стоило по семьсот рублей с носа за занятие, что, в общем, было средней ценой за ликбез в целом по городу.

На четвертое занятие мы, как обычно, приехали к шестнадцати часам.

– Удар по воротам, – взрывается диктор, – Марван бьёт головой из штрафной. Мяч летит левее и мимо!

Да, хотелось, чтобы наша сборная выиграла.

По-человечески мечталось бы заполучить эту победу.

Не успел я отъехать от лицея, как на поясе завибрировал телефон: «Пап, остановись, не уезжай! Занятия перенесли».

Через пару минут мальчишка вернулся к машине и забрался на переднее пассажирское сиденье.

– Как это перенесли, сынок?

– Говорит, что сообщение посылала, что завтра будет. А я не получал почему-то.

– Ладно, завтра приедем, не вопрос. На самом деле – черт и что!

– Конец первого тайма, – сообщает телевизор, заставляя опять обратить на себя внимание, – Он прошел в равной борьбе, но египтяне атаковали острее, нежели россияне.

«Ну вот, – подумалось, – будто диктор заранее подбирает аргументацию к нашему проигрышу».

По телевизору пошла бесконечная реклама пива. «Хорошечно», – вытирая усы, говорил бюргер в кадре. Следом седовласый европеец призывал «датствовать». Затем группа мужичков с отстраненными взглядами описывала еще какой-то сорт пенного.