Холод и яд

Поставлю всем «отлично» по истории за год. И со Светланой Викторовной на «пятёрки» по обществознанию договорюсь. Не сможете – и ладно.

Машка, словно застыдившись своей просьбы, стремительно выскочила первой. Фил вывалился вторым, понимая, что с вахтёром им точно ничего не светит. Виктор, как всегда, решил поступить по-своему. Он подошёл к столу учительницы и, деловито постукивая по нему пальцами, заговорил. В вопросе его прозвучало ехидство:

– Янина Сергеевна, а вы, случайно, ключи не забыли нигде? В актовом зале, например… Просто я вот тут нашёл.

– Зимин. – Янина Сергеевна качнула головой. – Ты какой-то неправильный отличник.

– Правильных людей не бывает! – воодушевлённо отозвался Виктор.

Что-то звякнуло, стукнуло, и Виктор вылетел из кабинета. Плотно прикрыл за собой дверь и, сияя безмолвным торжеством, высоко поднял руку. На среднем пальце болталось железное колечко ключа от завуческой. Фил хмыкнул: нет, Зимин только казался простоватым отличником, на деле он тянул на доктора Мориарти.

Фил дружелюбно ткнул Виктора кулаком в плечо, выражая своё восхищение. Машка чмокнула парня в щёку, а потом потащила парней к лестнице:

– Давайте сперва спустимся вниз. Может, на вахте нам разрешат посмотреть записи. Как-то не очень хочется натолкнуться на уборщицу или учителя у завуческой. Или ещё кого похуже.

Фил лишь закатил глаза. Он был уверен на все девяносто процентов, что ничего не выйдет, и вахтёр их на пушечный выстрел не подпустит к записям. Но, конечно, с директором тоже не горел желанием встречаться: в этой школе у него была относительно хорошая репутация просто чуть оборзевшего ученика, и становиться вором-взломщиком, разумеется, не хотелось.

Поэтому Фил молча слетел по лестнице вслед за Виктором и Машкой на два этажа. На вахте, к счастью, никого не оказалось. Очевидно, это был тот редкий случай, когда вахтёр оставил своё рабочее место, а гардеробщица решила, что ничего не случится и можно остаться в стороне. Машка тут же подтолкнула Виктора к компьютеру, воровато озираясь по сторонам.

– О, Варь! Ты как?

Варя вздрогнула: голос подруги вырвал её из водоворота сомнений и размышлений о чужих тайнах. В одиночестве невольно пришлось думать, прежде пару раз хлюпнув носом и приняв пластиковый стаканчик воды от посочувствовавшего вахтёра. После воды стало как будто легче, но мыслить приходилось абстрактными категориями: словно она размышляет о сюжете сериала или книги. Не жизни. Не Артёма.