#КрымВсем

– Это ещё мало пока. Через две-три недели здесь тело на теле лежать будет, – заметил мой интерес Кит.

– Читал я про такие пляжи в Крыму, но вижу впервые, – ответил я в своё оправдание.

– Да это тут матрасники собираются. Ну, которые в отпусках как бы отрываются. Настоящие натуристы, те дальше обитают. Они другие. Вы ещё увидите.

Потом Кит вспомнил ещё кое-что:

– Кстати, моду эту Волошин из европ в Коктебель завёз. Прижилась вот, – сообщил нам наш экскурсовод.

Я многозначительно округлил глаза, переглянувшись с Лесей.

Она у меня скромница. И никогда не была сторонницей крайностей. Хотя при этом всегда принимала особенности других спокойно, без осуждения. Мне же просто было любопытно.

Через некоторое расстояние слева круто поднимался глинистый, красноватый в послеполуденном солнце, склон, который покрывал узкую полоску пляжа своей тенью. Там людей практически не было. Парочка гуляла и всё. И на пару сотню метров дальше пустота. Туда мы и отправились.

Кит продолжал весело рассказывать о жизни на пляже.

Потом махнул рукой в сторону становившихся всё ближе разноцветных пятен, колышущихся на ветру. Это и был Свободный город,

Название лагеря себя оправдывало. Мы подходили к маленькому городку, раскинувшемуся на крутом склоне колыханием разнообразных палаток и шатров, наспех собранных и стоявших тут уже годами конструкций. Там жили. Сизый дымок поднимался вдоль склона от небольшого костерка на пляже. Мелькали фигуры людей. Из лагеря, даже издалека, был слышен крик.

– И что? Ну поставил я тут свой стул. Ты место что ли купил?

– Это моё место! Все об этом знают. Уже много лет я здесь ставлю свой стул.

– А теперь я поставил здесь свой стул! Пляж большой, а привычки полезно иногда менять.

Кит заволновался и ускорил шаг. До лагеря оставалось несколько метров, которые мы пробежали за пару секунд. От крайней палатки нам открылась маленькая площадка с костровищем в центре, вокруг которого стояли разнообразные седалища да и просто валялись белые гладкие брёвна.

В центре круга стояли, в бешенстве глядя друг другу в глаза, два человека: совершенно худой, астенического сложения, и огромный под два метра ростом толстяк. Худой кричал:

– Ну что ты такой упёртый! Как баран!

– Ты. Дрыщ худосочный! – надвинулся на него здоровяк. – Это моё место!

– Да, на тебе твоё место! – мы увидели, как в море, описав широкую дугу по баллистической траектории, полетел лёгкий складной стул.