Элинор. Осколки. Дикие Земли

Вытащу Мудреца из плена, выбью Визар с Инаоношода, стану героем, утихомирю разбушевавшегося вояку Вадура – таков был мой план.

Йарир хотел было поморщиться в ответ на выпад фонзара Надда, затронувший отца, но, столкнувшись со взглядом Хендрика, полным мольбы проявить благоразумие, передумал. Воины, окружавшие йордов, одобрительно качали головами в такт речи Кхона, который продолжал говорить, одновременно поражая своим спокойствием в голосе и гневом, пылающим в глазах:

– Но сто?ит мне подвести свои войска к лагерю врага, умудриться отловить всех лазутчиков, перебить всех дозорных, устранить всех шпионов и напасть… как я нахожу Мудреца мёртвым! Второй – мёртв! Тот, ради кого я вёл людей на смерть, пусть и славную, лежит бездыханным.

А мне остаётся лишь одно, – фонзар упёрся взглядом в Йарира, – спросить, кто нанёс удар, перерубивший нить жизни Второго.

– Это был Рогэй’Эрш, – Йарир ответил, не колебавшись и секунды, – его рука сжимала клинок.

– Рогэй’Эрша в шатре Мудреца не нашли, в отличие от тебя, Йарир, сын Вадура.

Сказать точнее, сына шакала не видел ни один из числа витязей Надда с самого начала битвы. По всей видимости, сынок последовал примеру труса папашки и дал дёру, едва заметив огни, – возразил Кхон.

– Йарир не стал бы врать тебе, фонзар, – раздался звонкий голос позади Йарира.

На душе юноши потеплело: он узнал речь своей любимой. Шинад, правая рука Кхона и избранница сердца Йарира, прошла сквозь охранение. Воины безмолвно расступились, пропуская закованную в графитово-чёрную броню из тонко выделанной кожи девушку.

Каждую малую деталь доспеха воительницы покрывал узор рун, призванный защитить носительницу. Пышные волосы, схожие цветом с кленовыми листьями в месяц Шархака, каскадным водопадом стелились вниз, достигая самой талии девушки. Из-за спины Шинад виднелись искусно украшенные рукояти двух коротких мечей, одну из них Йарир узнал: змея, обвившаяся вокруг яблока и гарды, была навершием его подарка.

– Шинад говорит правду, Кхон. Ты знаешь меня, я человек чести, – утвердительно кивнул Йарир.

– В первую очередь ты – самовлюблённый эгоист, и мы оба это знаем. А во-вторую, ты сын Вадура, ты Ариран, по крови и по духу. Для вас нет ничего важнее Мудреца, в служении ему вы видите суть всего вашего жизненного пути, – отчеканил Кхон.

– Ты говоришь разумно, фонзар, – Йариру стоило больших усилий пропустить мимо ушей оскорбление, благо ситуация не располагала к перепалке. – И потому у меня тем более причин молвить правду.