Элинор. Осколки. Дикие Земли

– Смотри! Пожар! – воскликнул караульный, толкнув своего товарища так, что тот едва не упал.

Йарир, проследив за взглядом кричащего, обернулся. Тот свет, что освещал друзей, исходил не от факела и даже не от факелов: то горел лагерь Визар. На востоке ярым пламенем был объят десяток палаток. Тишину разорвал рёв горна. С востока ему ответил звериный вой, что издала не одна сотня глоток. Спящие люди вскакивали со своих мест, судорожно напялив на себя доспехи и ища в потёмках оружие.

– На нас напали! Поднимайтесь, и в бой, шэйн шэд! Вперёд, скорее! – прокричал пронёсшийся мимо Йарира мужчина в высоком шлеме десятника.

Совершая огромные скачки, он двигался в сторону пожарища, на ходу пиная ещё спящих людей. Судя по уверенности в его голосе, йорду не впервой было отбивать ночные атаки, ведя солдат за собой. Большинство бойцов резво двинулись вслед за своим командиром. Ещё недавно забитая людьми площадь стремительно пустела. Ни один воин не был готов променять славную схватку с врагом на пусть даже полезное, но никоим образом не приносящее стоустной молвы дежурство у шатров.

Вашандур и Хендрик, не теряя драгоценных мгновений, подскочили к часовым. Успевший проснуться и даже закричать, один из них тут же замолк, получив в челюсть пудовым кулаком Хендрика. Силач был известен своей удалью, так что потерять сознание от одного удара фадарца для стражника не было позором. Его напарник, увидев гиганта-Хендрика, ловко перехватил копьё для удара, но метко брошенный нож Вашандура прервал попытку сопротивления.

Когда Усда бросилась в невысокий пологий шатёр, Йарир устремился за ней. Откинув прочь полог, они оказались внутри просторного помещения, не обременённого никакой мебелью или иными предметами роскоши. Перед ними стоял вкопанный в землю крепкий столб. Прикованный цепью к стальному кольцу, продетому сквозь древесную породу, на полу сидел старик. Его измождённая грудь тяжело вздымалась и опадала от каждого вздоха; борода, когда-то белоснежная и ухоженная, сейчас пожелтела, свалялась и поредела.

Однако на его лице неистовым огнём горели янтарные глаза, глубоко запавшие, покрасневшие, но всё так же поражающие глубокой внутренней силой этого человека. Перед йордами был он, пленённый, униженный, обессиленный, но живой и не сломленный Второй Мудрец.

Вашандур и Йарир метнулись ко Второму, попытались поднять его, но цепь из воронёной стали не давала старцу возможности хотя бы приподняться с сырой земли.