Нацпроект. Ландскнехт

Обращаясь с такой просьбой к своим друзьям-банкирам, Папарот заранее обрекал себя на вежливый отказ, а отказ был бы для него потерей лица. Костю удивляло, что Андрюша этого не понимает, не просчитывает. Видимо, прав был Вова Овечкин: долгое пребывание в чиновничьей элите, помноженное на прогрессирующую манию величия, всё-таки превратило Папарота в опухшего зажравшегося вора, переставшего ориентироваться в рынке и в бизнесе. Если принять такое допущение, то многое становилось понятным и вставало на свои места, но думать так не хотелось, хотелось думать, что это всё ещё тот старый добрый Андрюха, что он просто закрутился, просто переутомился, бедолага.

Поскольку поручение надо было выполнять, Воронин быстро собрал комплект документов и сопроводил Костю на переговоры в Бетта-банк. В ПромГазБанк ехать нужды не было, там пакет документов бродил по кабинетам уже месяца полтора. Достаточно было по телефону выяснить, где он находится, и сориентировать исполнителя, назначенного зампредом после разговора с Андреем.

Банкиры информацию приняли, взяли пару недель на изучение вопроса и вежливо пообещали звонить, если что.

В понедельник после обеда, проведя очередную планёрку в управляющей компании, выехали в хозяйство. Поездка была последней перед командировкой в Штаты, нужно было постараться загрузить колхозников и строителей как минимум на две с половиной недели вперёд. Проскочили два бурных дня совещаний, планёрок и мотания по объектам. Цели были определены, задачи поставлены. Крестьяне таращили глаза, старательно изображали понимание и готовность.

Строители радовали чёткой организацией работ и слаженностью действий. Приехавший наконец североморский мужик Косте в целом понравился, и ему вроде комплекс понравился. Во всяком случае, на все условия он согласился и отбыл к себе на Север за своим барахлишком.

«Вот и славно, – думал Костя, задрёмывая на мягком сиденье минивэна по дороге в столицу. – Хоть есть теперь кому на отбор скота поехать, и в хозяйстве вроде процессы налаживаются.

Прорвёмся. Сукой мне быть, товарищи, прорвёмся».

Командировка в Штаты получилась очень тяжёлой, но продуктивной. Тяжёлой потому, что из десяти ночей только две провели в одном отеле – остальные все в разных, умудрившись пересечь весь континент. Кроме всемирной сельскохозяйственной выставки побывали на десятке крупных молочных ферм, причём в разных климатических зонах.

Американские мегафермы поражали своей простотой и разумной достаточностью.