Память сердца. Стихи. Проза

Война…

Война словно Сито

В поле Жизни развеяла

И Памятью моя строка

Сегодня будет о Любимых

И Светом пусть горит она.

Бабушка моя,

Я тебя не знала.

Дома про тебя

Говорила Мама.

Как ты прожила

Годы молодые

И с войны ждала

Мужа Командира.

Все войну ютились

У Родни Вы в бане

На краю села где-то

В Татарстане.

Муж попал твой в плен,

Ничего не знала.

Верила, ждала,

ШИЛА и меняла

Платье на дрова,

Юбочку на мыло.

Женственной была,

Накрывала мило.

Вышивала цвет

Ниточкой узора.

Веточка цвела

На платочках Взора.

РОЗОЧКИ росли

Доченьки, все трое.

Мама старше всех,

Ей досталось вдвое…

Звали ШамсиНур

По-татарски Солнце.

Лучик золотой

Ты в моем оконце.

Скоро будет День

Праздника ВСЕХ Наций.

День Победы След

Соткан в каждом ПЯЛЬЦЕ.

Алёна Андреева

Прадед

Цветущий май и снова на парад

Мой прадед собирается неспешно.

Достал свой китель с гроздьями наград,

Почистил и отгладил безупречно.

Надел фуражку с яркою звездой,

И что-то сразу в нём преобразилось.

Пусть он давно уже, как лунь, седой,

Былая стать опять в нём проявилась.

И плечи распрямил он, как в строю, —

Вдруг возраст перестал быть чем-то важным, —

А я сейчас сквозь годы узнаю,

Того, кто в сорок пятом был отважным

И брал Рейхстаг под натиском огня;

В атаку шёл, ранений не считая,

Друзей в могилах братских хороня,

И доблестью победу приближая.

В боях он пол Европы прошагал;

Что пережил – на сотню жизней хватит,

Но унывать себе не позволял,

И был душой у всех солдатских братий.

И вот, спустя безумно много лет,

Он, с правнучкой по площади шагая,

В душе всё тот же молодой брюнет,

Каким в Берлине был в победном мае.

История для правнука

Уходят в вечность памятные даты,

Но, верю, незабвенна навсегда

Весна в победном майском сорок пятом.

Я даже знаю, что была среда.

Откуда? Да из дедовых рассказов.

Он пацаном прошёл через войну

Отчаянным не только на проказы,

Недаром орден заслужил – «звезду».

«..А было мне не больше девяти,

Когда в посёлок наш ворвались немцы.

В то лето были сильные дожди…

Согнали всех: и женщин и младенцев.

Закрыли нас в бревенчатый сарай

И подожгли. Что дальше помню смутно.

Плач, стоны, страх, удушье, пламя, гарь…

Очнулся чуть живой почти под утро.